— Брать. Что касается баб, нам нужны люди и на уборку, и на готовку, и на стирку. Двух даже мало будет. Мы же второе здание планируем обживать. И маг — нормальный, сильный, пригодится.

— Но он отдает себе отчет, что я не князь и, вполне возможно, никогда им не стану?

— Петр Аркадьевич, — укоризненно сказал Маренин, — куда вы денетесь? Все люди рядом с вами понимают, что вы очистите княжество и будете новым князем.

— Даже если вы так в этом уверены, то в настоящее время я не князь, а что там будет дальше — никому не известно. От случайностей никто не застрахован.

— Маг считает, что у него долг жизни перед вами. Согласен без жалованья даже. Ему неважно, князь вы или нет. Я ему и не говорил, что вы…

— Хорошо, зовите их. Переговорю и приму клятву, — сдался я.

Первыми Маренин притащил баб. Причем были они в виде уже вполне работающем — явно припрягли и к уборке, и к готовке — у одной руки мокрые, у второй на скуле мука. Обе объяснили желание прибиться ко мне одними и теми же словами: живых родных не осталось, а мне они благодарны за спасение. Еще я понимал, что идти-то им по факту некуда. Может, предпочли бы убраться подальше, но ни вещей, ни денег, а здесь хоть какая-то стабильность и определенность. У обеих никакой магии не обнаружилось, не говоря уж о Скверне, зато отдельные незначительные физические усиления имелись. Невольно пришло в голову, что не помешало бы какое-нибудь сродство к Поварскому делу, но я о таком даже не слышал. Зато примитивную стиральную машину нужно будет сварганить — попробуй-ка обстирай такую толпу мужиков.

Взял я у них клятву и без консультации с Наташей — понятно же, что если бы супруга не одобрила, то до работы в поместье баб не допустили бы. И Маренин прав: если количество дружинников растет, понадобятся и обслуживающие их люди. Причем свои люди, поскольку те, кто живет в ближайших деревнях, под клятву не пойдут, а надавить на них проще простого. Рувинский не откажется от такой возможности, как не отказался в свое время Базанин.

Затем настало время мага, Нестора Тихоновича Желватых. Этому наверняка было куда уйти и к кому пристроиться. Печать клятвы, если она была, рассеялась после смерти Заварзина или кому он присягал — иной раз в крупных дружинах присяга идет непосредственному командиру.

Желватых имел хороший набор боевых заклинаний уровней шестидесятого-семидесятого. Скверны не было, зато нашлись интересные заклинания двойного назначения в имеющихся сродствах к Огню, Воде и Земле. Интуиция тоже была развита аж до двадцать второго уровня.