— А потом? — скептически спросил он.
— Начнете в тварь перерождаться. И это необратимо.
— Нужно было его еще в банке прибить, — проворчал один из спасенных магов. — Чтобы и сам не мучился, и нас не мучил.
Сил подняться со снега не было ни у кого. Как и тащить на себе банковского служащего, пришибленного перспективой. Но силы болтать нашлись — выбравшимся очень хотелось узнать, что случилось.
Хорошо, что Маренин догадался прислать сани, на которых мы отправили спасенных в Озерный Ключ, а сами потихоньку побрели в поместье. Без балласта дело пошло куда шустрее.
Пока мы ходили в зону, нам неожиданно провели телефон. Тащили провод издалека, поэтому подключение обошлось в круглую сумму, но оно того стоило. Первым делом я отзвонился отчиму и сообщил, что теперь со мной можно связаться и таким способом. Разумеется, ничего секретного по телефону обсуждать было нельзя — на линии грели уши телефонистки, но иносказательно можно предупредить о чем-нибудь важном или сообщить информацию, которая не секретна, но до меня пока не дошла. Для секретных переговоров идеально подошли бы переговорные артефакты, но с ними получился облом. Дело даже не в том, что цена у них была высокой — их не было в продаже и заказы не брали ни за какие деньги. Хоть заказывай Валерону спереть пару артефактов такого типа у Рувинского. Останавливала не неприглядность такого действия, а то, что столь сложные артефакты наверняка имели вплетенные метки, позволяющие их найти при утере. Пользоваться таким будет опасно. Поэтому по совету Маренина от всех сложных трофейных артефактов мы избавлялись сразу, если Валерон вдруг их притаскивал. Одно дело — болты, расходник, за которым никто особо не смотрит, и другое — дорогой редкий артефакт.
Оставалось надеяться на то, что мне попадется артефактная схема на такой случай и я сделаю переговорники сам. Но пока не попадалась, как и справочник для военных артефакторов.
Как я и думал, до Наташиного дня рождения я успел сделать только серьги и кольцо, но по этому поводу расстраиваться и не подумал. Предметы получились не только очень красивые и с защитной функцией, но и с бонусом на прорицание, на что я втайне надеялся, когда затевал это дело. Потому что прорицание Наташе давалось не так уж легко, чтобы к ней обращаться постоянно. При сильных напряжениях носовые кровотечения возникали часто, а у супруги моей не такое телосложение, когда много лишней крови и ее нужно время от времени сливать.
Причем Куликовы по этому поводу не беспокоились вовсе — иной раз после выполнения их просьб Наташа выглядела настолько бледно, что хотелось ей запретить общение с родителями вообще. Или хотя бы ограничить.