— Кто был целью? — сурово спросил Маренин.

Убийца промолчал. Хотел бы я добавить «гордо», но нет — скрючен он был в такой позе, из которой гордо ничего не сделать.

— Петр Аркадьевич, каменюку давно кормили? — спросил у меня Маренин. — Может, пусть жрет? Выплюнет потом вещи, поглядим сами, догадаемся, от кого.

— Он же с душами жрет, Георгий Евгеньевич, — подыграл я. — Часто нельзя. Этот как раз недавно подкреплялся. Разве что другому передать? В самом деле, зачем нам нужен заказчик убийства, если вариантов не так много?

— Эй, вы чего несете? — испуганно сказал попавшийся в ловушку. — Какого убийства? Я никогда на себя мокруху не брал.

— А что ты тогда здесь делаешь? — скептически сказал я. — Для чего еще наняли специалиста такого профиля?

— Собаку поручили выкрасть, чтоб ее, — зло выдохнул он.

— Меня? — пораженно тявкнул Валерон и от неожиданности шлепнулся на задницу.

— Вот этого белого мелкого блоховоза, — подтвердил попавшийся, теперь уже не убийца, а вор-домушник. — Вы не подумайте, я больше ничего бы не взял. Только собаку. Она же не такая большая ценность.

— Как думаешь, не будь он ценностью, отправили бы тебя его красть?

— Это ж Симуков, он на собаках повернутый, — сдал заказчика неудачливый исполнитель.

После того как он начал отвечать, его было не остановить, выложил всё. После чего мы его отпустили, взяв компенсацию всеми артефактами и найденным транспортом — легкой двуколкой. Поскольку альтернативой было пережевывание тела в каменюке, домушник даже не особо возмущался, тем более что мы ему оставили деньги, которые были при себе. Правда, Валерон, так и не отошедший от мысли, что его кто-то собирался украсть, вяло протестовал, говоря, что это расточительство. Но этому типу нужно будет отсюда как-то выбираться, и мне не хотелось, чтобы он, оставшись без средств, полез к кому-нибудь в дом в моем княжестве. Насчет этого я вора строго предупредил, сообщив, что в случае нарушения компенсацией не отделается.

Стоило выпроводить этого типа, который побрел к Озерному Ключу, сопровождаемый Валероном в бесплотности (тот решил проследить, не устроит ли этот тип в нашем городе чего-нибудь до отъезда), как пришли еще трое желающих пойти в мою дружину. Причем двое были из старой вороновской гвардии, а третий — из заварзинской, из которой кое-кому удалось уцелеть. Этот находился за пределами княжества, когда всё случилось, и уже успел прогуляться по зоне до места, где он жил с семьей. Понял, что спасать там уже некого, и вышел, не заходя в тот поселок — на это мозгов хватило. Хотя при виде того, что творилось в поселениях, у любого крышу сорвет. Он не рассказывал, как было дело — возможно, кто-то помог прийти в себя, а я спрашивать не стал.