— Не внутри фотографии. Рядом с ней. И подпись крупнее. Так мы сохраним твою композицию, но человеку не придётся разгадывать её смысл.
Даня некоторое время смотрел на рисунок.
— То есть ты не собираешься превращать все мои фотографии в картинки из инструкции к микроволновке?
— Нет. Только некоторые.
— Ужасный человек.
— Зато честный.
Он улыбнулся и придвинул ноутбук ближе ко мне.
Следующий час мы работали почти без перерывов. Даня отбирал снимки, которые можно было использовать как ориентиры, я отмечала места для подписей и проверяла, не заставит ли схема человека делать лишние повороты. Иногда мы спорили. Одна фотография нравилась ему из-за красивого света, но почти не показывала нужный проход. Другую я считала удобной, а Даня утверждал, что на ней дверь похожа на вход в подсобку.
В конце концов мы распечатали две пробные страницы на библиотечном принтере.
На первой снимки шли подряд, словно кадры из маленького путешествия. На второй к каждому была добавлена схема с короткой подписью.
— Мне нравится вторая, — сказала я.
В последнюю пятницу октября Лера разбудила меня вопросом, есть ли у меня что-нибудь тёмно-зелёное.
Я лежала под одеялом и пыталась понять, какое отношение цвет моей одежды имеет к утренней паре.
— Тёмно-зелёное? — переспросила я.
— Ну да. Или хотя бы бордовое. Хотя бордовое, наверное, уже слишком торжественно.
Она стояла перед шкафом, приложив к себе два свитера. Один был зелёным, второй — цвета спелой вишни. На полу лежал третий, серый, который, судя по выражению Лериного лица, выбыл из соревнования ещё до моего пробуждения.
— У меня обычные джинсы, — сказала я.
— Джинсы не считаются. Речь о верхе.
Я приподнялась на локте.
— Зачем тебе знать, что у меня есть?
— Потому что сегодня вечер первокурсников. Мы же договорились пойти вместе.
Я посмотрела на календарь над столом.
Вечер действительно был сегодня. Я помнила. Более того, сама вписала его в расписание две недели назад, когда Лера принесла с собрания студентов афишу. На ней были нарисованы разноцветные фигуры, похожие на буквы, которые решили устроить танцы.
— Мы договорились пойти, — сказала я. — Не договаривались одеваться одинаково.
— А кто говорит «одинаково»? Я просто подумала, что будет красиво, если мы хотя бы немного подойдём друг к другу по цвету.
— Мы подходим друг к другу по номеру комнаты.
Лера рассмеялась и бросила бордовый свитер обратно в шкаф.
— Ладно, убедила. Зелёный победил.
С тех пор как мы начали жить вместе, я узнала о Лере несколько вещей. Например, что она способна найти повод для праздника в совершенно обычном вторнике. Что её любимая кружка меняется каждые три дня. И что на вопрос «сколько времени займёт?» она чаще всего отвечает «да недолго», имея в виду любую продолжительность от пяти минут до половины суток.