— Вот не понимаю я вас, девки, — протянула я, усевшись в нашем любимом кафе. — Чего вы так ломитесь замуж?
Три подружки уставились на меня с разной степенью осуждения и снисхождения. Две уже замужем — блестят кольцами и опытом совместного быта, третья вот-вот примерит фату. И только я всё никак не найду того самого принца, который уговорил бы меня на авантюру длиной в жизнь.
— А как же любовь? — удивилась Таша.
— Любовь-то ладно, она вот здесь, — я постучала по сердцу. — Но замуж — это же всю жизнь с одним человеком. Страшно представить. А если скучно станет?
— А дети? — не сдаётся другая. — Вот захочешь детей и что тогда?
— А детей я как раз хочу, — бодро парировала я. — Но не от кого попало. Муж должен быть умный, сообразительный, заботливый, при этом дерзкий, чтобы нюни на кулак не наматывал и в постели по попе шлёпнуть мог, но ещё и романтик, чтоб и стихи, и сюрпризы. И нежность, и страсть — всё сразу в одном наборе. А у нас оно как? Умные налево, дерзкие направо…
Подружки прыснули в ладошки.
— Ну вот, уже план! А говоришь, замуж не хочешь.
— План-то есть, — согласилась я. — А теперь скажите, где мне взять такого одного-единственного? В природе они не встречаются. Нашла бы сразу — замуж бы выскочила без вопросов.
Я все ещё слышала в ушах звон бокалов — весёлый смех, запах кофе, огни кафе. — А мы тебе сейчас от всей души пожелаем, да девки? — говорит подруга и поднимает бокал. — Умного!
— Дерзкого, — поддержала вторая. — Романтичного, — улыбнулась третья. — Как только встретишь, сразу замуж! Обещай! — воскликнули они в унисон. Мы подняли бокалы, и я, смеясь, сказала: — Обещаю!
А сейчас я сидела не в кафе. Холодный камень под ладонями, тяжесть воздуха, запах ладана. Алтарь. Вокруг — трое мужчин.
Два блондина, но разные: у одного волосы светлые, почти белые, и строгие скулы, у другого — золотистые пряди и мягкие черты, но взгляд опасный. Третий — брюнет, высокий, с чёрными глазами, от которых по спине пробегал холодок. Все трое — красивые, слишком красивые, чтобы сердце не дрогнуло, но стояли напряжённо, словно тоже пленники обстоятельств.
Они говорили на странном, непонятном мне языке. Звуки сливались, глухие и певучие одновременно. Я вздрогнула, когда один из блондинов обошёл алтарь, преграждая путь, которым я тихонько собиралась воспользоваться, ясно дав понять, что уйти мне не дадут.
Слова, паузы… и вдруг: — Да, — произнёс первый. — Да, — вторил второй. Третий что-то сказал длиннее и тоже закончил: — Да.
Я замерла. Сердце ухнуло в пятки.
Один из них посмотрел прямо на меня и, неожиданно на понятном языке, сказал: — Теперь твоя очередь. Назови имя и скажи «да».