Затем парень достал комм (новый, отметила Ирма. И не самой дешёвой модели, чтоб сказать мягко) и вывел на экран изображение группы баранов, пасшихся на каком-то гигантском лугу среди гор.

— Что это? И откуда ты? — против своего желания, втянулась в беседу Ирма.

Поскольку всё происходящее слишком сильно отличалось от привычного ей порядка вещей. Так-то, к ней кто только не подкатывал из пацанов. Но сейчас, в отличие от обычного хода событий, этот собеседник явно не имел намерением секс. Уж это-то Ирма видела чётко… Что и удивляло. Плюс, она против воли заинтересовалась необычным стечением обстоятельств: где ещё найдёшь пацана, который, по прибытии в Корпус, еду начинает искать на площадке для прогулок и среди голубей в сквере⁈

— Я из Илийского Орла, — назвал парень страну на краю географии, о которой Ирма слышала только что краем уха. — Это — бараны моей семьи. Малый гурт. Один из. Сегодня удалось ненадолго соединиться с одним из дроидов-пастухов, вот качнул картинку…

Неожиданно втянувшись в беседу, Ирма через пять минут узнала, что у овец в Илийском Орле недавно был окот. Что самок с молодняком дроиды пасут по специальной программе и в специально отведённых местах. Что в Илийском Орле — самые большие пастбища на материке (точно! Вот откуда слышала о стране!)…

Удивлённые однокурсники (и не только) с удивлением шли мимо, косились на разговаривавших, и не решались подойти.

— Как вышло, что у тебя кроме кроля никого нет? — спросил на каком-то этапе парень. — Мои все от вируса погибли. У вас что случилось?

— Отец — сердечный приступ, — помолчав, ответила Ирма. — С матерью особо близки и не были никогда. Когда появился отчим… — она замолчала, поскольку дальше шли слишком личные моменты.

— У нас раньше, если женщина с детьми оставалась одна, её обычно брали второй женой. Как правило, родственники мужа, в основном кто-то из братьев. Поскольку иначе в Степи одинокая женщина не могла ни защититься, ни прокормиться. — Уверенно кивнул парень. — Я понимаю о чём ты, но пока не понял проблемы.

— Если бы отчим имел ввиду только чувство ответственности, — попыталась сыронизировать Ирма, попутно ловя себя на том, что откровенничает об этом первый раз в жизни. Причём, почему-то с посторонним. — Но увы, у него, кроме «ответственности», были и иные поползновения. Причём от заботы весьма далёкие.

— Странно. — Ровно ответил парень. — А что мать?

— Ай, не спрашивай, — почему-то расслабилась и махнула рукой Ирма. — Знаешь, это только у совсем маленьких детей не получается ответить на вопрос, кого ты больше любишь: папу или маму. А у более-менее подросших, вполне получается. Мы с матерью, по-хорошему, никогда и близки особо-то не были. Я отца, сколько помню, всегда любила больше. Потом матери не простила отчима в доме. Потом отчим… — тут Ирма повторно осеклась, не уходя в слишком деликатные подробности. — Кстати, скоро обед. Пошли в столовую? Обсудим твоих баранов заодно.