— Это был фирменный кручёный удар, — ухмыльнулся я стрельцу.

— Ты жульничаешь! — раздухарился, уязвлённый до самой глубины души, Федот Федотович, — голямба так летать не может!

— А человек быстрее сверхзвукового самолёта бегать может? — возразил я козырем, который ему нечем было крыть.

— Какого ещё звукслёта? — не поняв моих слов буквально, Федот верно ухватил их суть.

— Сдаётесь? — хохотнул я, — а я даже ещё и не вспотел.

— Аха, — ухмыльнулся стрелец, — во-о-о! — он показ мне сложенную из пальцев дулю, — Натаныч иди сюда, пошепчемся.

Я оттянулся в защиту, а своих ребят наоборот выставил в атаку, чтобы они побегали и попрессинговали команду по пояс раздетых. На розыгрыш мяча в центр на этот раз встал сам ветеран боевых действий. Он сделал пас на младшего Федотова, а когда на паренька накинулись мои сорванцы, тот отпасовал дальше на своего отца. Федот с дикими глазами по левому краю пробросил мяч далеко вперед и ускорился так, что чуть не обогнал в полёте этот футбольный снаряд. А потом, с трудом остановив его, влепил со всей дури по воротам, в которых прыгала Иримэ. Ну, всё подумал я, два — один. Но нет, Ири, как тигрица вытянулась в стремительном прыжке и кулаками отбила мяч, который должен был влететь в девятку, далеко в поле. И я, видя такое невероятное спасение, или как любят говорить комментаторы — сэйв, тоже ускорился, замедлив время. Затем выпрыгнул вверх и головой переправил, падающую на землю голямбу, в пустые ворота соперника. Бедный Федот, видя как несправедлива к нему эта непонятная игра — футбол, рванулся обратно. Но единственное чего он смог добиться — это влететь вместе с мячом в рыболовную сеть. Непрочная конструкция футбольных ворот, рухнув на землю, навсегда вошла в историю первой игры в ножной мяч.

— Го-о-ол! — вновь запрыгали, обнимаясь, мои ребята.

Я подошёл к своей ненаглядной Ири, и чмокнул её в шёчку.

— Какой был шикарный костюм! — заламывая себе руки, запричитала Василиса, разглядывая дыры и гряз, на брючном костюме эльфийки, — если он был мой, я бы его берегла пуще зеницы ока!

— Василиса, — улыбнулся я, — лекарский магик может починить вывихи или переломы, а я могу починить любую заграничную шмотку, и даже китайский ширпотреб.

И я тут же на глазах супруги Федота стрельца привёл брючный костюм Иримэ в идеальный первоначальный вид. Кстати и себя почистил тоже, и грязь убрал с лица, рук и волос.

— Твою ж дивизию! — не сдержалась Василиса.

— Ну, кто прирождённый вратарь? — лесовица облизала мою щёку.

— Да, чемпионат по ловле кедровых шишек в Чудесной стране — это тебе не хухры-мухры, — я тоже лизнул Ири в ответ.