— Вам назначено? — спросила она.

— Да, передайте гражданину купцу, прибыл почётный представитель Марсианской дипломатической миссии, — скромно представился я.

Барышня с самым серьезным лицом попросила обождать за дверью и умчалась докладывать о почётном госте. Ещё через три минуты на порог вылетел купец Мироедов с заряженным пистолем в руках.

— А, это вы мой друг, — улыбнулся он, — а где проклятые марсиане?

— Не волнуйтесь, я их уже разогнал, позволите войти? — я посмотрел по сторонам, не остался ли кто ещё из недобитых инопланетян.

Сигизмунд посторонился, открыв мне проход.

— Благодарю, — буркнул я и прошёл.

Внутри дом был так же хорош, как и снаружи. Мягкая отделанная кожей мебель, резные столики и резной же шкаф для книг, кубков и наград. Под ногами натёртый до блеска паркет. На окнах бархатные плотные шторы.

— Ха-ха-ха, — засмеялся, войдя следом, хозяин особняка, — я всё понял, это была ваша шутка. Обязательно расскажу сей анекдот на заседании купеческого клуба. Вот будет потеха.

— Приглашайте, посмеёмся вместе, — улыбнулся я и протянул Сигизмунду расписку в получении моего гонорара за завтрашние соревнования, — предпочитаю деньги получить вперёд.

— Вам не достаточно моего купеческого слова? — удивился Мироедов, удобно рассевшись в кожаном кресле.

— Более чем, — я тоже плюхнулся в кресло напротив, — нужен небольшой капитал для открытия маленького скромного бизнеса. Хочу заняться хренометрической починкой всего что угодно, фигурально выражаясь от рогов, до копыт.

Я вынул из-за пазухи четыре акции торгового дома «Рога и копыта» номиналом десять золотых монет.

— Дело наивыгоднейшее, — позевывая, сказал я, — владелец этих акций может получить через две недели по одному золотому на каждую ценную бумагу.

Мироедов заинтересованно взял одну акцию, повертел в руках и рассмотрел её на просвет. Увидев водяные знаки на бумаге, очень сильно удивился.

— Сто процентная защита от подделок, — объяснил я эту вундервафлю.

— А что означают эти перечёркнутые лепестки? — пробормотал он.

— Фирма Адидас, которая веников не вяжет, а если вяжет, то фирменные, — мне уже стал надоедать бессмысленный трёп.

Хочешь, чтобы твой капитал работал — вкладывайся, пока не передумал, мысленно обратился я к купцу.

— Срок полной окупаемости сто сорок дней, — я, приподнявшись, встал из кресла, — думаю, неплохо для денег, которые пылятся в сундуках. Если они конечно у вас есть.

Последней фразой я специально поддел самолюбие не последнего человека в городе. Давай папаша, не томи, мне ещё в ратушу нужно бежать, воевать с местными бюрократами.