– Ладно, – согласилась Сара. – Только давайте не тут. Все понимаю, случай у нас нерядовой, но прошу и меня понять, мои подозрения в тему. Много лишних ушей вокруг, а это мешает сосредоточиться. И шумно очень.
– Согласен, – заключил босс. Положил на столик сотенную купюру единой планетарной валюты – «кредитов», и продолжил. – Дружно встали, и строем потопали ко мне в кабинет. Там никто не подслушает.
Вслед «стремной» компашке уставились десятки пар хмельных глаз. Кто-то ядовито шептал: «Гляньте, даже деньги оставил наш командор. Надо же»!
Скорее всего, в таких недалеких субъектах играло не столько затертое чувство обиды, сколько бессилие и узколобость, иначе бы они обязательно вспомнили: всякий кабак – заведение, посещение которого необязательно и в гражданской жизни. А тут, на подводной базе, бар относится к разряду ограниченных мест отдыха. Вспомнили бы и о том, что за всякое удовольствие всегда надо платить. И уж где таким «пупсам» вспомнить о печальном поводе для застолья? Пупсы и все!
Глава 7
Как только в уютном рабочем помещении командора гости расселись за широким столом, «Пиксель», не дожидаясь персонального приглашения, начала подробный рассказ, отнявший почти час времени у коллег-слушателей.
Суть ее подозрений касалась причины гибели корабля, и натолкнул девушку на тревожную мысль именно пьяный связист.
Поначалу заупокойное нытье рейнджера слегка раздражало Сару. Горе или нет, но он же мужик, должен держать в кулаке нервы и волю. Так нет же, наоборот, больше всех сокрушался и плакался в баре. Мысленно «Пиксель» назвала плаксу бабой, а потом поневоле прислушалась к его словам.
– Понимаете, когда он сказал: «…только успел пожелать им удачи в пути», я почему-то вспомнила незыблемые законы передовой линии фронта, – Сара подняла руку и звонко щелкнула пальцами. – Ну же, вспоминайте и вы, хотя в былых операциях «Ведьмам» общие правила мало сгодились... И все же! Сейчас-то мы говорим не о нас… Что гласит первое правило? При появлении офицера на «передке» подчиненные не встают и не «козыряют». Не выделяют командира для снайперов врага. Опять же, будучи первой мишенью для вражеских снайперов, офицеры не сверкают регалиями. В сумерках и в темное время после двух выстрелов меняют позицию, и по той же причине третьими никогда не прикуривают. Первого замечают. По второму прицеливаются. Третьего убивают.
Прозвучавшие слова не впечатлили друзей и подруг. Прописные законы войны. Азы, так сказать. Сара это совершенно верно подметила.
– Как сие сочетается с нашим случаем? – поинтересовался Родимов.