– Впечатляет, – сказал командор после завершения «рекламы» штурмовика. – Сэр, Хигаши-сан, мне показывал видео с испытаний этого корабля наш общий знакомый.

Адмирал кивнул головой.

– Тогда мы оба в равной степени понимаем, что подобную машину можно доверить только очень высококвалифицированному и ответственному пилоту.

Накамура умолк. Молчал и Родимов. Каждый сейчас выжидал. Командор, разумеется, как младший по должности и по званию, ждал первого хода от адмирала. Возможно, у Накамуры уже был готовый претендент на должность пилота команды «ведьм». Адмирал же, не имея претендента, терпеливо ждал предложений от подчиненного. Все же нарушил неловкое молчание именно он.

– Есть у тебя на примете такой человек? Только не предлагай себя. Меня в Совете предупредили. Твое место тут, на базе, рядом со мной. Не обсуждается. И ты правильно делаешь, Станислав, что не приходишь ко мне с рапортом о награждении пилотов транспорта, как это уже сделали двое других. Я бы его порвал, твой рапорт. То, что за управлением «Барракуды» неделю назад сидел ты, я прекрасно знаю. Не могла Уотсон с полным бортом новобранцев вступить в бой. Не могла самостоятельно, не получив приказа, отклониться почти на двести километров от кратчайшего пути на Босфор. Я проанализировал ее поведение исходя из материалов, служебных записок, отчетов и рапортов прежних лет. Капитан-лейтенант Уотсон исполнительный и смелый пилот. Но безынициативный.

Вид у адмирала был такой, словно он только что нокаутировал чемпиона мира в супертяжелом весе. Родимов смотрел шефу в глаза и вдруг улыбнулся.

– Вынужден признать, Хигаши-сан, я восхищен вашим опытом и умением рассуждать. Вы абсолютно правы. Это я отдал приказ к атаке хохлов… Но, сэр…, возьму на себя смелость сказать, …сэр, я все же собираюсь ходатайствовать о награждении Кимберли Уотсон и Михо Драгича. Просто этот вопрос был вторым в моем списке. Я еще не успел.

Они смотрели друг другу в глаза и рассмеялись. Причем рассмеялись действительно от души.

– Ты считаешь, Уотсон стоящий кандидат?

Станислав встал, развернулся к адмиралу, так как командующий тоже поднялся из кресла и прошел к тому месту в просторном кабинете, где находился курительный столик. Накамура курил. И курил только сигары.

– Господин адмирал! Сэр! – заговорил Станислав. – Капитан-лейтенант Уотсон далеко не безынициативна. Вы абсолютно правы, Кимберли очень исполнительный и ответственный человек. Но если ей развязать руки, то есть обозначить цель или задачу и предоставить выбор способов выполнения самостоятельно, этот пилот способен на любые решительные действия, включая крайне рискованные. Если позволите…