После слов командора от группы хозяйственников отделился крепкий коренастый мужчина. Поджарый и жилистый, среднего роста и примерно сорокалетнего с хвостиком возраста. Внешне он выглядел не очень физически сильным.

Первое впечатление часто бывает обманчивым. Человек вышел на середину. Он был одет в гражданскую униформу, поэтому «чести» не отдавал. Проникновенным выжидающим взглядом смотрел на начальника.

– Здравствуй, Руслан.

Незнакомец уверенно шагнул вперед и крепко сжал протянутую руку Родимова.

– Здравствуй, брат. Все-таки, помнишь? Я думал, забыл. От меня же все отвернулись тогда. И от тебя не было весточки. Я и подумал…

– Неправильно ты подумал, Руслан! – прервал командор. Наплевал на то, что стоит перед строем и стиснул Удугова в клещах своих мускулистых рук. – Услали меня. Подальше услали. А потом перевели в «Гвардию Либерти». Ну, ладно! У нас будет время друг с другом поговорить. Дело свое не забыл, надеюсь?

Смуглое лицо чеченца осветила улыбка. Стас заметил ее и развернулся к собранию.

– Господа. Прошу прощения за непредвиденное обстоятельство. Это и есть тот самый боевой офицер, мой проверенный друг и товарищ, о котором я вам рассказывал… Видите, как бывает… Мастер-сержант Кендзо Яцумото, на середину.

Нынешний исполняющий обязанности командира роты, японец застыл перед начальниками.

– Руслан, это твоя правая рука. После гибели «шестнадцатой» Кендзо Яцумото возглавлял остатки разведчиков. Сейчас, моим личным распоряжением, мастер-сержант удостаивается присвоения офицерского звания младшего лейтенанта. Тем же приказом назначается официальным командиром роты разведки. Командиров разведгрупп, заменяющих командиров взводов, вы назначите самостоятельно. Так же, как и штурмовики, вы лучше знаете своих людей.

Чеченец пожал руку нового подчиненного и обратился к Родимову.

– Стас… Командор, сэр! Прошу прощения. Отвык на «гражданке». Но я лишен воинского звания. И у меня скоро заканчивается контракт…

Станислав договорить не дал.

– Звание тебе восстановят уже с этой минуты. И не потому только, что мы друзья. Я по сей день убежден: суд над тобой был несправедливым. И приговор вынесен предвзято. В угоду заинтересованным лицам. Поскольку я теперь несу ответственность за боеготовность базы, то, принимая такое решение, отдаю полный отчет собственным действиям. Нам нужны профессионалы. Твоя помощь остаткам разведки позволит возродить и усилить структуру. Ребята там тертые. Вы сработаетесь. А пополнение с сегодняшнего дня будете набирать самостоятельно и сразу с учетом необходимых вам качеств. И отправитесь в ближайшее время.