Саптах указал на мою руку.

— Этот шрам уже был, когда… — я показал руку, где на ладони зияла довольно жирная отметина.

— Когда ты пришёл с Запада? — слабо засмеялся Саптах.

— Нет, — признаваться я не собирался. — Я не был в Дуат, не видел Полей Иару. Когда я очнулся, то не был младенцем, но был как младенец, начал жизнь заново. Учился говорить, учился миру вокруг.

— Для меня это не имеет никакого значения. Мой сон исполнился. Сон Хаэмуаса тоже исполняется. А что насчёт твоего?

Я сразу понял, о чём говорит Саптах. Когда он пришёл в деревню, я сказал ему, что знал, что он придёт за мной. Я действительно видел во сне только как он приходит за мной и больше ничего. По крайней мере, ничего больше не вспомнил после пробуждения.

— Знал только, что должен пойти за тобой, когда позовёшь. Значит, исполнено. Что теперь? Я сам по себе? — как ни старался говорить спокойно, голос дрогнул. Тревога пробилась.

— Для начала, утрём нос Рахотепу, — Саптах сделал попытку злорадно посмеяться, но слабость не позволила ему. — К тому же, мне нужен помощник.

— Опять я подменяю Нефернена? — я улыбнулся. Пока ещё напряжённо, но уже чувствовал, что тревога отступает.

— Не хочу его обнадёживать, пока его кандидатура не утверждена. Пусть без забот закончит обучение. Да и тебе пойдёт на пользу. Уарсу помогает Рахотепу, и его успехи превосходят твои.

Обучение на рабочем месте действенный метод, по эффективности уступающий только обучению плаванию сбрасыванием в реку с моста. Хочешь не хочешь, но научишься сносно держаться на воде. Только вот те, кому сначала объяснили теорию, как правило плавают лучше.

Ну да ладно. Вряд ли я мог повлиять на решение Саптаха. Да и не видел причин не согласиться с ним.

За ближайший месяц моя жизнь наполнилась рутиной. День я ходил хвостиком за надзирающим за царским карьером, а потом, вечером, переписывал свитки, добавляя в личную библиотеку Саптаха ценности.

Уж не знаю, как он договорился с Домом Жизни (авт.: перанх, хранилище знаний и учебный центр) храмов Сатис и Хнума в Элефантине; насколько я знаю, материалы не разрешают выносить наружу. Откуда они я узнал по деревянной бирке на свитке. Что-то вроде библиотечной карточки, где указано, что внутри относительно хрупкого свёртка. У древних книг нет корешка, негде надписать заглавие, а каждый раз развёртывать папирусы не только вредно для сохранности, но и неэффективно с точки зрения времени поска нужного.

Платой, очевидно служило то, что я делал две копии. Одна шла в Саптаху, другая в перанх. Однако, всё равно такая сделка требует высокого доверия. Сначала Саптах лично плавал на остров за новыми материалами, а потом их стал приносит Нефернен, возвращающийся с учёбы.