— Почему? — спросил Саптах у юного управляющего.

— Содержание крахмала должно быть умеренное.

— Крахмала? — слово прозвучало как-то по-варварски, незнакомо.

— Сладости, — кажется, Афарэх испугался своей оговорки. — Слишком много — делает лист хрупким, мало — рыхлым.

— Надеюсь, твой дед сможет отстоять налаженное дело, — совершенно искренне сказал ошарашенный Саптах.

Ему посчастливилось посетить упомянутое предприятие по производству папируса рядом с Гермополем. Там производство — это настоящий ритуал с воскуриванием благовоний для очистки места и материалов, пением гимнов Тоту (егип.: Джхути) и другим богам.

Добавляют множество сакральных ингредиентов, строго следуют какой-то замысловатой рецептуре, которую держат в строгой тайне.

Здесь же всё так буднично, никаких ритуалов и никаких добавок. И вот вопрос: какой папирус обладает большей ритуальной чистотой: тот, над которым прочитано столько песнопений, или тот, над которым не прочтено ничего?

Саптах часто размышлял над тем, почему написанное на папирусе проклятие и мольба об исцелении действуют одинаково? Как ка и аху богов, благословивших писчие материалы, взаимодействует с хека заклинаний?

И вот уже второй раз за утро его постигло озарение:

— Афарэх, ты вернулся с Запада? — спросил писец с испугом.

Этот вопрос очень непростой!

Саптах не разглядел, что моя детская прядь — крашенная. Я в этом мире полностью седой несмотря на юный возраст, специально к его приходу замаскировался, сажей натёр.

Я не альбинос — загар такой же как у всех, брови и ресницы чёрные. Так что только локон юности бросается в глаза. Это такая традиционная причёска у детей. Свисает у мальчиков сбоку пучок волос, а остальная голова бритая. У девочек он посередине, если кто не знает других отличий, то можно и так отличать. У моей маскировки есть плюс: вошки не заводятся, им сажа не нравится, а вот у остальных деток полно насекомых. Да и у взрослых тоже.

Пока его ждал, приходилось часто натирать, не брить же каждое утро белую щетину. Бритва-то одна на всю деревню. Да и с косички сажа смывается.

В прошлом мире говорили: «Бог шельму метит», — а в этом есть поверите аналогичное.

Магическими способностями, хека, обладают боги, духи усопших предков, царь… и те, кто родился с физическими изъянами.

Египтяне, например, с одной стороны боятся карликов как самых могучих колдунов, а с другой — без них не обходится ни одна мастерская по изготовлению лекарств, ибо это тоже действо волшебное. Среди ювелиров их тоже много.

Я не карлик, тело у меня пропорциональное, вот Саптах и предположил самое вероятное объяснение с его точки зрения.