Эмбер резко отвернулась, пряча свои слезы.
— Ты можешь быть спокоен за своих людей. Я никому не позволю осквернить это место. Если честно, я бы хотела вернуться к своим детям и испросить у них прощения. Теперь им придется обходиться без матушки, как и мне без них.
В ее словах не было лжи. Это я знал точно. Мне стало жаль мать драконов.
— Знаете Эмбер, а вы правы. Здесь хорошее место, чтобы начать с чистого листа. У меня ведь есть сын… Сейчас ему уже должно быть два года. Но я до сих пор не знаю как относиться к его матери и… как она отнесется ко мне, когда увидит. Ведь попасть сюда дважды почти нереально.
Она повернулась ко мне, промокнув глаза краешком рукава.
— Это не важно. Отношения, я имею в виду. Важны поступки. Ведь ты хочешь, чтобы они были рядом с тобой? Хочешь знать, что у них все хорошо?
— Это так, — кивнул я не думая.
— Остальное приложится. Время и сама жизнь расставят все по местам, поверь мне наслово…
В полдень третьего дня, в воздух поднялись три полностью снаряженных боевых вертолета. Облетев окрестности, винтокрылые машины зависли в ста метрах над стеной, обозначив зону безопасности. ПВО, дроны и артиллерию привели в полную боевую готовность.
Десять черных кораблей флота ва-кари, походной формацией, под белыми флагами и в сопровождении малой авиации, проплыли над лесом. Корабли встали на якоря четко носами к городу, потому, что в таком положении палубные орудия не могут вести огонь. Таков этикет. Вертолеты дали круг почета, попутно передав изображение на командный пункт, просканировали эскадру и ушли на посадочную площадку, ибо топливо нужно экономить. А заодно показали свой арсенал, так, к сведению. Это произвело на гостей определенный эффект, как и сам принцип движения боевых машин.
Фургаев поприветствовал капитанов кораблей на общей частоте радиопередатчиков ва-кари и дал добро на швартовку.
Получив разрешение, от крейсера «Келли» отделился катер, ранее принадлежавший адмиралу Гроеру. Специально для этого случая, Сокол построил широкую гранитную пристань, примыкавшую к крепостной стене. Вместо причальных бонов, по старой морской традиции, вывесили потертые грузовые покрышки. Где-то отыскалась красная ковровая дорожка. Сармат выстроил почетный караул в парадной форме. Оказывается, в части был свой небольшой оркестр, который тоже присутствовал. Вдоль красной дорожки выстроили боевую технику, в пол оборота. В качестве переговорной, недалеко от внешней стены поставили большой навес, посреди которого красовался круглый гранитный стол. Тоже Сокол постарался. Чего-чего, а гранита у нас хватало.