— Сквозное ранение бедра, — проговорила она. — Осколок порвал бедренную артерию, наложить жгут было нечем. Пояс от плаща остался дома… На мне были любимые красные сапожки, а в сумочке половинка шоколадки, которую я несла тебе. Так торопилась домой, что решила не спускаться в укрытие. Дура….
По щекам потекли слезы. Меня словно копьем пронзило. Кроме меня и отца никто не знал этих подробностей. Как же давно это было… Но помнилось, будто случилось вчера. Я долго не мог вдохнуть. Этого не может быть! Таких совпадений не бывает!!!
— … мама?
Ольга так расчувствовалась, что у нее началась истерика. Я попросил Натали наложить чары. На мальчика тоже, чтобы избежать лишних вопросов, к которым я сейчас не был готов. Это ощущалось как удар под дых. Пришлось открыть верхний люк и встать в поток холодного воздуха, чтобы хоть как-то вернуть самообладание. Но слезы все текли и текли, как у девчонки…
Неужели это действительно моя мать? Мама, со смертью которой я так долго не мог смириться. Но она знает то, чего никто другой знать не может. А вдруг наложница — телепат? В этом мире все возможно. Прочла мои мысли и решила сыграть на чувствах. Это казалось слишком невероятным, чтобы быть правдой… После стольких лет? В чужом мире? Что скажет отец, когда узнает?
— Патрик, ты как? — осторожно спросила Сайя.
— В порядке, — кивнул я. — Буду в порядке через пару минут.
— Она что… действительно твоя мать? — Натали подсела ближе. — Совсем не похожа.
— Это не ее тело, — напомнила Сурей.
— Ну да, ну да… — э как его перекосило-то, Патрика нашего. А сердце-то что подсказывает?
— Не знаю, — проронил я. — Здесь нужна трезвая голова, а не сердце. Вернемся в Мирный — разберемся.
К закату добрались до поселка. Корабль Оливии стоял на том же месте, ничего не предвещало беды. Ольга очнулась и бесцельно созерцала пустоту перед собой. Наследник дремал, положив голову на ее колени. Заглушив двигатели, я открыл заднюю аппарель и вышел наружу. Навстречу вышла Оливия Нангул.
— Здравствуй, Патрик. Ты сделал все, что хотел? — лицо ее было хмурым.
— Все, — я отошел чуть в сторону, чтобы она увидела пассажиров.
— Слава Богам, ты сделал правильный выбор, — вздохнула она с облегчением.
— Ты за кого меня принимаешь вообще? — возмутился я.
— Прости. Но у тебя было такое лицо в тот вечер… Я думала всех перебьешь.
— Ну, как тебе сказать… Не без этого. Мы зачистили лес, а потом появился Уго.
— Как? — она вздрогнула. — Разве он жив?
— Был жив.
— Ты его?
— Нет. Этот грех взяла Сурей на душу.
— Ей не привыкать… — покачала головой Оливия. — Как и нам.