— Нужно было отойти еще дальше… Натали, как думаешь, мы имели на это право?
— Формально, ты все еще мой регент. Вся власть по эту сторону в твоих руках. Матушка конечно расстроится… но мне этот город никогда не нравился.
— Почему?
— Не люблю, когда кучка толстосумов решает как жить остальным. Может идея и была хороша, изначально, но Солус, как яблоко упавшее на землю, тут же обзавелся червями и начал гнить. Разве не так?
— Интересное сравнение, — усмехнулась Таша.
— В точку, — согласился Анри. — Наверное только госпожа Тша и ее единомышленники верили в совет всем сердцем. Остальные продались Альянсу при первой возможности. Даже мой отец…
— Твой отец попался на удочку собственной гордыни. Он считал себя очень значимым и не допускал мысли, что его можно обмануть. Альянс действовал очень грамотно. Точный расчет. Но это на них не похоже…
— Что именно?
— Бросать гомункулов в бой не щадя кораблей — это одно. А бросать неприступный город и, пусть небольшую, но эскадру — это другое. Сюр какой-то?
— Что?
— Что-то нереальное. Когда мы достигли берегов Дарнала, наткнулись на сторожевой корабль. Мы были отлично видны и на расстоянии выстрела. Но «Скат» не атаковали. У гомункулов четкие приказы которые исполняются неукоснительно. Какой отсюда следует вывод?
— Думаешь там тоже трупы?
— Другого объяснения я пока не нахожу, Анри…
Пробыв у оплавленного города, некогда отождествлявшего всеобщую мечту о равенстве и справедливости, двое суток, «Голландец» взял курс на Анасис. Галатея, короткими высокотемпературными вспышками испарила весь такелаж и снасти вместе с трупами гомункулов и их смрадом. Один за другим, я забрал держащиеся на плаву корабли Альянса в инвентарь. Убедившись, что все очаги пожаров потухли, мы снялись с якоря с чистым сердцем и неприятным осадком на душе.
Галатея, на лету обратившись женщиной, спрыгнула на палубу. Зрелище незабываемое, по правде говоря. Магия обращения очень редкая и доступна лишь единицам существ. Я вернул ей платье и попросил надеть.
Галатея прошла мимо Грея не одарив даже взглядом. Он же стал белее мела. После случившегося между ними, она справедливо считала его пустым местом. Я не вдавался в подробности, а она не желала поднимать эту тему. Ее право.
Окрестности Анасиса было не узнать. Ни травы, ни деревьев, ни живности. Все словно бульдозером перепахано. Но я знал, что следы эти вовсе не от гусениц. С тех пор, как я последний раз видел Гидру, она подросла до неприличных размеров. Эта тварь выжрала здесь все, включая плодородный слой гумуса. Только небольшой участок промзоны и пара гектаров леса на краю Анасиса чудом уцелели. Несколько зданий, часть верфи со стапелями, наскоро возделанное поле неправильной формы и кое какой скот…