Два следующих дня, я ходил сам не свой. Все думал, думал, думал… Да, я теперь не связан с Натали и остальными фамильярами. Теперь они свободны. Санара, должно быть, смирилась… Но я все равно чувствовал себя в ответе за их судьбы. Особенно меня беспокоила Галатея. А еще чудовище по имени Гидра. Нужно было что-то делать с этой тварью. Жрать и плодиться она не перестанет никогда.

Пока я нарезал круги вдоль городской стены, одна ерунда прям смущала. Краем глаза видел какую-то вертикальную полосу. А когда поворачивался, то ничего не обнаруживал. Странное явление. Сначала подумал, что зрение шалит, но полоса все время появлялась только в одном месте — в центре кратера. Оставив тяжелые думы на потом, я вернулся к рукотворному водоему и обошел его несколько раз.

Нет это не было дефектом зрения. Странная аномалия явно как-то связана с кристаллом, что в центре пруда.

— Гуляешь?

Я и не заметил, что за мной наблюдает Эмбер. Пруд ее тоже привлек своей прохладой.

— А где майор?

— Там, где мужчины обсуждают свои дела, женщине нет места, — улыбнулась она.

— Ясно. Скажите, а вас тут ничего не напрягает? Не кажется странным?

— Ну как же, я уже битый час любуюсь потоком эфира, который притягивает этот странный кристалл.

— В смысле, эфира? Вы про странную полосу? Я вижу что-то краем глаза, но не могу понять. Анализ тоже ничего не дает. Может я неправильно задаю вводные?

— Попробуй распознать потоки маны и эфира, — подсказала она.

Теперь все стало ясно. Я отошел на пару шагов и взглянул в небо. Несмотря на облачность, над головой небо оставалось чистым. Ровный голубой круг, из центра которого струился узкий поток эфира, в тонкой оболочке из маны. Прямо сейчас этот поток напитывал кристалл в центре пруда. Он уже напитал его огромным количеством маны, но процесс продолжался постоянно.

— Что это за камень? — спросила Эмбер.

— Понятия не имею. Нашел его здесь. Должно быть остался от метеорита. Он очень плотный и тяжелый.

— О… небесный камень? Как интересно.

Она уселась на край бордюра и опустила в воду ладонь.

— Присядь юноша, дай твою руку.

Эмбер чиркнула ногтем по моему запястью. Пошла кровь. Но, прежде чем я дернулся, она опустила ее в воду. Рана тотчас затянулась. Ее попросту смыло, как грязь…

Я долго смотрел на свою руку, а потом на Эмбер.

— Эта вода пропитана маной, — наконец, прояснила она. — Уж не знаю, совпадение это или нет, но твой рукотворный водоем наполнен живой водой.

Эмбрайер, ничуть не стесняясь, скинула платье, сапоги и, переступив барьер в чем мать родила, окунулась в воду с головой.