— Ты не видишь, не чувствуешь изменений… Человек для этого не приспособлен. Мир не погибнет, если ты об этом. Возможно, люди и остальные существа выживут. Такая вероятность велика. Им придется адаптироваться, начинать все заново. На это уйдет не одна сотня лет…

— А что будет с моими? Ну, с теми кого я привел с собой?

— Мирозданию все равно откуда ты пришел. Оно бездушно. Если что-то попадается меж зубьев его механизма — оно перемалывается в труху.

— Да твою ж мать! Ну почему, когда все вроде бы начало налаживаться, случается какая-то хрень⁈ — в сердцах выпалил я, но быстро вспомнил с кем говорю.

Уняв злость и досаду, попытался вернуть себе хладнокровие.

— Простите… не сдержался. Просто все так…

— Обидно, несправедливо, неправильно?

— В точку. Как бы я не пытался повернуть жизнь к лучшему, все равно происходит какая-то хрень…

— Такова жизнь. Даже Боги, порой, зависят от обстоятельств. Например, сейчас я завишу от твоего решения. Ну… то, что от меня осталось. Номинально, — Бог улыбнулся.

— Значит, если я отдам вам эту самую силу, мои выживут?

— Такая вероятность очень велика.

— Сколько в процентах?

— Я бы сказал… восемьдесят. Но выживешь ли ты — я не знаю. Прости.

— Значит… одна жизнь за жизнь целого мира?

— Суть ты уловил, — кивнул призрак.

— Не велика цена, — усмехнулся я. — Подумать можно?

— Это твое право, твое решение…. Время еще есть. Я призвал Ирию сейчас, чтобы она не исчезла безвозвратно.

Натали смотрела на меня встревоженно. На глазах заблестели слезы. Она уже поняла, какое решение я приму.

— А мои фамильяры? Что будет с ними? Полудухи, Галатея, Натали?

— Они выживут, если все получится. Связь с драконом сильна, я бы сказал — нерушима.

— Патрик! — всхлипнула Наташка. — Я этого не вынесу еще раз! Пусть оно все горит синим пламенем! Пойдем отсюда, а? Ну пожалуйста! Я не смогу без тебя… я не хочу…

— А как же остальные? Санара, Анри, девчонки… И потом, у меня теперь есть сын. Отец только-только вновь обрел маму. Они все поверили мне. Пошли за мной. Я обещал им новую жизнь.

— А я? А как же я, Патрик? Я ведь люблю тебя… — Натали замолкла.

— Ты это серьезно?

— Я понимаю, что я — отродье и никогда не сравнюсь с той же Селеной. Не смогу родить тебе красивого, розового ребенка, как Санара. Но зато я могу быть всегда рядом! Я никогда тебя не придам! Согрею твою постель, сберегу от ненастья…

Я выслушал ее слова с удивительным хладнокровием. Стало как-то легко на душе. Светло. Неужели я ей так сильно нужен? Даже в груди затрепетало. Нет, бабочек в животе не было, но… признание Натали придало мне сил.