— Какие новости за бортом? — хрипловато спросил я. Собравшись с силами, уперся ногами в пол и наконец-то встал, чувствуя, как жесткий пластик корсета безжалостно выпрямляет спину.

— Стив, Наташа и Клинт возвращаются сегодня ближе к обеденному времени, — тут же отчиталась Глаша. — Как вы и договаривались по защищенному каналу связи, после их прибытия, ближе к часу дня у вас запланировано общее собрание в зале для брифингов. Директор Фьюри также ответил на вашу просьбу появиться на этом мероприятии. Сообщение состояло из одного слова: «Ясно». Судя по семантическому анализу, ему категорически не нравится, что его лично вызывает какой-то парень. Но, учитывая, что вы упомянули наличие критических уязвимостей в их внутренней структуре безопасности и найденный компромат высшего уровня допуска, проигнорировать этот вызов он не смог. Вероятность того, что директор Щ.И.Т.а прибудет в крайне раздраженном расположении духа, составляет девяносто восемь процентов. И да, доктор Беннер просил напомнить, что сегодня вам следует обязательно зайти на перевязку и не пропадать в очередной раз у себя в комнате.

Я криво усмехнулся. Ну да, прятаться сейчас было бы глупо. После сумасшедшей битвы на корабле в Майами прошло всего-то две недели. События той ночи до сих пор казались каким-то сюрреалистичным боевиком: как только стихла стрельба, нагрянула куча местных копов, а затем оперативно прибыл Щ.И.Т., оцепив весь периметр непроницаемым кольцом. Мы же просто загрузились в Квинджет и улетели домой под конвоем из уцелевших Марков. Во время полета адреналин окончательно выгорел, я вырубился прямо в кресле и успел хоть немного поспать. Майю, кстати, мы на обратном пути забрали лично, так что летела она с нами.

А вот по прилете в Башню Мстителей меня тут же взял в оборот Брюс с командой медиков, потому что состояние моей тушки было откровенно паршивым. Пеппер тогда вообще устроила сцену: она была настолько рада видеть, что Тони жив и относительно цел, что сначала до хруста костей бросилась ему на шею, а потом отстранилась, от души врезала кулаком под дых и начала яростно ругать за весь этот самоубийственный крестовый поход.

Следующие пару суток мы просто отсыпались, занимались максимально ленивыми делами и пытались прийти в себя. Мой марш-бросок в броне не прошел бесследно. Сначала пришлось сдать кучу анализов и полежать под капельницами, вымывая из крови стимуляторы и токсины. А потом Брюс «обрадовал» меня тем, что ребра начали срастаться неправильно. Пришлось вправлять их чуть ли не по-новому, с мерзким хрустом и матом. Теперь я вынужден носить под одеждой специальный жесткий корсет, который не дает мне не то что согнуться, но даже вздохнуть полной грудью. Физические нагрузки под строжайшим запретом — разрешена только умственная работа, да и то на уровне математики для первоклашек. У Тони дела обстояли чуть лучше, но и он схлопотал серьезное истощение.