ХЛОП!

Я громко хлопнул в ладоши. Этот звук служил жестом для того, чтобы свернуть все голограммы.

— Джарвис, все новостные трансляции по тегам: Мандарин, Десять колец, террористы и база Али-аль Салем.

В мастерской повисла тишина, прерываемая лишь гудением охлаждающих систем. Спустя долгие, тягучие пять секунд, сопровождаемые легким статическим потрескиванием динамиков, пространство вокруг меня начало заполняться десятками голографических окон. Они появлялись рывками. Картинка местами рассыпалась на пиксели, а звук запаздывал за видеорядом — пинг до серверов в Нью-Йорке бил по производительности ИИ тяжелой кувалдой.

— Обработка запроса завершена, мистер Макс, — голос Джарвиса прозвучал с заметным металлическим искажением. — В связи с ограниченной пропускной способностью канала и переносом кластеров, глубокий анализ глобальных баз данных затруднен. Вывожу доступные сводки из открытых источников.

На экранах замелькали кадры горящей базы ВВС, эксперты-аналитики, наперебой кричащие о новой террористической угрозе, и записи с любительских камер. Попалась даже трансляция, где президент уверял, что всё спокойно и вообще у них есть Железный Патриот. Я лихорадочно бегал глазами по строчкам текста. Таймер, который я мысленно запустил полгода назад, только что пробил ноль. Машина смерти Киллиана была запущена.

И вдруг меня накрыло осознание, от которого похолодело внутри.

Хэппи.

Гарольд Хоган. Суровый, ворчливый начальник службы безопасности, который за эти месяцы стал мне если не другом, то легким приятелем уж точно. Хоть мы с ним особо и не пересекались по долгу службы (всё же у нас слишком разная работа), но иногда общались и обсуждали очередной сериал или какую-нибудь ерунду. Я точно знал, что буквально на днях Хэппи пойдет следить за подозрительным типом у Китайского театра. И там прогремит взрыв. Хэппи чудом выживет, но впадет в кому. Мои пальцы сжались в кулаки. Я до боли прикусил губу. Я могу его остановить. Могу позвонить ему прямо сейчас, сказать, чтобы он не лез на рожон. Могу сказать Тони. Но в голове тут же, словно выжженные каленым железом, всплыли слова Наблюдателя.

«Если ты попытаешься разорвать ткань времени голыми руками, она задушит и тебя, и тех, кого ты пытаешься защитить».

Если Хэппи не пойдет туда — Тони не бросит вызов Мандарину. Если Тони не бросит вызов — особняк не атакуют. Если Тони не окажется в Теннесси, он не раскроет заговор Киллиана, Эллис будет убит, а Экстремис расползется по всему миру, породив армию взрывающихся суперсолдат. Цена спасения одного человека — крах всего сценария и тысячи невинных жизней. Я оперся здоровой рукой о верстак, тяжело дыша. Я не мог предотвратить взрыв. Но, черт возьми, я мог попытаться минимизировать последствия! Если Хэппи должен там оказаться, значит, помощь должна прибыть к нему не через пятнадцать минут после взрыва, а через две. А ещё лучше — предупредить его, чтобы не лез на рожон без прикрытия.