— ...вчера накрыли еще один склад в Румынии, — голос Стива из динамиков звучал устало, перекрывая шум двигателей Квинджета. — Знаешь, Тони, эти радикалы из «Десяти Колец» хорошо окопались. Мы нашли у них не только термитные заряды. Там были старые ящики с логотипом Stark Industries. Ракеты «Иерихон», модифицированные под ручные пусковые установки. И всё те же знамена с десятью кольцами на стенах.

Я стоял у своего верстака, протирая инструменты, когда услышал звон. Гаечный ключ выскользнул из рук Тони и упал на бетонный пол. Я повернул голову. Старк стоял у своего стола, замерев, словно превратившись в статую. Он не смотрел на экран со Стивом. Его взгляд был устремлен куда-то сквозь стену, в пустоту. Дыхание стало прерывистым, коротким. Правая рука инстинктивно, судорожно вцепилась в грудь, прямо поверх светящегося круга Дугового реактора, словно пытаясь остановить кровотечение, которого не было.

— Тони? — позвал я, делая шаг к нему.

Он не ответил. Я видел, как его зрачки расширились. В этот момент один из автоматических манипуляторов Дубины с глухим металлическим стуком опустил тяжелую деталь брони на стальный стол.

Кланг.

Тони вздрогнул всем телом, словно от удара хлыстом. Для меня это был просто звук работы в мастерской. А для него... для него это словно был звук молота, бьющего по наковальне. Звук, с которым он выковывал самую первую маску Железного Человека в темной, душной афганской пещере. ПТСР, которое, как я надеялся, начало отпускать его после Нью-Йорка, вернулось с новой силой. Но вернулось оно не с образами космической бездны и левиафанов. Триггер «Десяти Колец» сорвал старые, едва зажившие шрамы. Плен. Автомобильный аккумулятор, привязанный к груди. Вода, в которую его окунали с головой во время пыток. И смех террористов.

— Тони, ты на связи? — голос Стива продолжал звучать из динамика.

— Стив, прости, потом поговорим, — быстро сказал я вслух и отрубил связь.

Тони тяжело оперся обеими руками о верстак, опустив голову. Его плечи ходили ходуном. Я молча стоял в паре метров, не решаясь подойти ближе, понимая, что сейчас любое резкое движение может только усугубить паническую атаку.

— Они... они всё еще там, Макс, — прошептал он сдавленным голосом, не поднимая головы. — Я закрыл оружейный отдел. Я летал туда и сжигал их склады. А они всё еще как тараканы... расползаются по щелям. Используют моё имя. Моё оружие.

— Тони... — я глубоко вздохнул, лихорадочно соображая, как бы отвлечь его от очередного сеанса самобичевания. И решил зайти с козырей. — Знаешь, как будет называться мой костюм?