Это был триумф. Ровно до того момента, пока Старк не заметил лишний трафик в системе брони.

— Макс, какого черта моя броня тратит пропускную способность на трансляцию топографической сетки в Малибу? — раздался в динамиках лаборатории подозрительный голос Тони, сопровождаемый звуками стрельбы.

— Эм... сюрприз? — я неловко почесал затылок, стоя посреди голографического поля боя с кружкой кофе в руке. — Я просто решил, что смотреть плоскую картинку скучно, и собрал тактическую 3D-комнату.

— Джарвис, выведи на экран мне камеры мастерской, — попросил Тони и помолчал пару десятков секунд. — Охренеть...

Блин... не надо было учить Тони русскому мату... Когда Тони вернулся, он устроил мне знатную взбучку за то, что я «без спроса лезу своими кривыми ручками в святая святых — прошивку брони», и вообще нарушаю протоколы конфиденциальности Щ.И.Т.а. Но я видел, как блестят его глаза, когда он осматривал голографическую 3D-комнату. Ему идея зашла невероятно. Поэтому в качестве «наказания» за самоуправство Старк официально назначил меня оператором.

Теперь на каждой миссии Мстителей я был их «парнем в кресле». Грубо говоря, я сидел в тепле и безопасности в Малибу, стоял или сидел посреди трехмерной карты боя и, потягивая кофе, координировал команду. Мой опыт геймера-стратега и сисадмина оказался... Немного ценен. Ну по крайней мере я не тупил.

— Кэп, двое с гранатометами обходят вас по левому флангу, прячутся за автопогрузчиком, — спокойно говорил я в микрофон, попивая кофе.

— Понял тебя, Макс. Иду на перехват, — тут же отзывался Стив, и на голограмме его фигурка метко запускала щит за угол.

Я видел всё. Я предупреждал Тони о зенитках, подсвечивал Клинту снайперов в слепых зонах и вместе с Джарвисом на лету вскрывал электронные замки на дверях баз с помощью жучков которые закреплял Тони, чтобы Мстителям не приходилось тратить время на их выбивание. Эффективность команды взлетела до небес, особенно когда я вместе с Тони собрал небольшую платформу материнского дрона, которая на своём борту несла рой небольших камер-передатчиков, из-за чего отрисовка картины боя вышла на новый уровень. Сам дрон назвали просто Оракул, и такой штуке даже Щ.И.Т. позавидовать может. Правда, во всём этом был только один минус.

— Джарвис, почему у нас задержка рендера левого крыла здания? Картинка сыпется, — спросил я как-то вечером, после очередной зачистки.

— Мои вычислительные мощности работают на пределе, мистер Макс, — голос ИИ прозвучал с легким электронным искажением. — Одновременное поддержание связи со спутниками Щ.И.Т.а, управление протоколами жизнеобеспечения брони мистера Старка, рендеринг высокополигональной трехмерной среды в реальном времени и взлом брандмауэров вражеской базы... Это создает перегрузку центральных кластеров на девяносто шесть процентов. Я физически не успеваю обрабатывать пакеты данных.