Так что он отдал повод алхимику и пошёл пешком.
Я посмотрел на него, посмотрел на своё седло и тоже слез.
— Ты чего? — спросил Корн сверху.
— Ноги затекли.
— Мгм.
Толку от этого, разумеется, не было никакого. Скорость определял человек с двумя железками, и от того, что я иду рядом, ему легче не становилось ни на грамм.
Корн остался в седле, потому что ему за шестьдесят и он не дурак. Хоть и ворчал он на седло всё время, это точно было лучше, чем пешком.
— Так, а куда мы теперь? — спросил я, когда лес наконец кончился и дорога пошла вверх.
— Ещё немного на север, — сказал Сайрус. — Потом свернём на запад.
— Зачем на запад?
— В столицу.
Я подождал продолжения, но его не было, поэтому пришлось опять думать самому.
На юг нельзя: там тракт, там Дельт, и туда же вернутся кланы, когда закончат.
Значит, идём в обход, по широкой дуге. Сначала на север, пока дорога есть, потом свернём и выйдем к столице с другой стороны, через какие-то западные городки.
Корн название одного даже произнёс, но я не запомнил. У меня с местной географией отношения, прямо скажем, непростые. Посмотреть бы на карте, где и что, — думаю, запомнил бы.
Вот тут я и задал вопрос, который висел у меня с самой лавки.
— Мастер Корн. А чем нам это всё вообще грозит?
Он помолчал, покачиваясь в седле.
— Официально — ничем.
— В смысле ничем? Там трупы.
— В прямом смысле ничем. — Он поднял палец. — Ты подумай, что им придётся сказать, если они куда-нибудь пойдут. Наши люди были в городе. Хорошо. А что они там делали? В городе, где стоят дома и лежит имущество граждан республики.
Я ждал продолжения.
— Их там быть не должно, — сказал Корн. — Никого из них. Ни этих, ни тех, кто через стену лазит, ни тех, кто со дня на день ворота выломает и телеги туда заведёт. Это не пустошь. Это Эсхат, тут у людей дома, и люди эти живы и сидят сейчас в столице.
— Так они же снаружи работают. Твари ничьи.
— Твари ничьи, — согласился он. — А сукно в лавках чьё? А инструмент? А то, что у меня с полок вынесли бы, приедь мы на две декады позже?
Он фыркнул.
— Нет, партнёр. С этим никто никуда не пойдёт. Потому что первый вопрос будет не про трупы, а про телеги.
Ладно. Логично. Только вот неправда.
Я шёл рядом с лошадью, смотрел под ноги и вспоминал одну фразу, которую тогда, у костра с шашлыком, сказал Ганн. Орион в курсе про клановых. А это значит, что кланам дали добро — либо прямо, либо просто не запрещали.
Объяснить это Корну я не мог, потому что для этого надо было начать совсем другой разговор.
— То есть всё нормально?
— Не всё.
Он поёрзал в седле и сказал уже другим тоном: