— Раз официально нельзя, значит, будет неофициально. А неофициально, партнёр, клан — это семья. В самом прямом смысле семья: там все друг другу кто-то. Чей-то сын, чей-то двоюродный брат или дядя. И вот это никуда не денется, и это никто не забудет.
Потом повернул голову вперёд.
— Сайрус. Тебя рассмотрели?
— Да.
Он даже шага не сбавил. И через пару секунд добавил, всё так же не оборачиваясь:
— Старые знакомые.
Корн ничего не сказал.
Я, честно говоря, тоже. Потому что вопрос «какие знакомые» напрашивался сам собой, а задавать его смысла не было. Я ведь уже знал, какой получу ответ. Никакого.
Зато я вспомнил тёмно-зелёный вымпел со стрелой и тремя звёздами. И как Сайрус на него смотрел с гряды. Там что-то точно было, и в памяти сам собой всплыл его вопрос у костра. Про то, не бастард ли я чей-нибудь.
Сайрус прошёл ещё шагов сто и остановился. Поставил железо торцами в землю, постоял.
— Со мной ходить опасно, — сказал он. — Всегда было.
Ещё немного постоял и пошёл дальше. Ну, можно сказать, что объяснился и даже предложил разойтись, мол, силой никого не держу.
А я вот не рассказал, что меня тоже могут искать. Вообще удивительно, конечно: за Сайрусом клановый хвост, за мной хвост из Ориона, Ганна и серых. Мой настроен вроде бы не так враждебно, но вот по могуществу совершенно другая лига.
И любой из нас подставляет остальных. Если клановые обнаружат нас вместе, думаю, не будут долго разбираться. А чем грозит моё нахождение рядом Корну и Сайрусу при внезапном визите серых в условной столице, я представлял смутно, но не уверен, что чем-то хорошим.
И вот только Корн в этой схеме белый и пушистый, у которого из грешков один незарегистрированный самогонный аппарат.
И понятно, почему никакой злости на Сайруса у меня не было за то, что он втягивает меня в проблемы. Потому что я и сам так делаю. Только в отличие от него, не могу взять и рассказать, что со мной опасно.
Кулаки сжались сами собой.
Корн продолжал рассуждать:
— Пока что искать нас вряд ли будут, по крайней мере за пределами города. Пока всё не выберут, никто с места не двинется, я тебе гарантирую.
— А потом? — выдавил я из себя.
— Уедут и будут жить дальше. — Он пожал плечами. — Только запомнят. Хотя, если я правильно понял, они и не забывали.
— Мастер Корн.
— А?
— Мне надо кое-что рассказать. Только вы дослушайте и не перебивайте, ладно? А то собьюсь.
— Ну.
— Дней десять назад, на тракте, ко мне вышел человек. Он приехал за мной специально. Он такой же, как я, из другого мира, тело ему дали полгода назад, зовут Ганн, и у него четвёртый круг.