Я думал, он что-нибудь скажет.
Он не сказал.
Потом встал и начал собираться. Оставил мне стол со скатертью, на котором ещё лежало свежеприготовленное мясо, светляк, кувшин и один стакан. И стул, на котором я сидел.
— Хоть поговорили, — сказал он.
— Слушай. Спасибо. За мясо, и что вообще искал. Я тут неделю сам с собой вслух разговаривал, если честно. И дело не в тебе, ты понял, да?
— Да понял я, Рэй. Понял.
Отвязал коня, проверил подпругу.
Подошёл ко мне и протянул руку. Я пожал.
И под ладонью что-то знакомо кольнуло. Такая же щекотка, как когда Тагрис держал мою руку, закрывал глаза и гнал в неё ману, а я потом ругался, что просил без этого.
Я убрал руку.
— Это что было? — спросил я.
— Мерки, — сказал он ровно. — Ядро и аура. Мне так велели.
Он не отвёл глаз и не стал ничего объяснять. Просто сказал, как есть. Внутри прокатился холодок.
— Шашлык тоже велели?
— Нет. — покачал он головой. — Шашлык я сам хотел. Чтобы как в том мире.
Помолчал.
— Бывай, Рэй.
Он запрыгнул в седло и выпрямился.
— И вот на всякий случай. Если передумаешь — скажи любому серому, в любом городе, что хочешь со мной встретиться. Мне передадут.
Любому серому.
Я стоял и переваривал это в голове, а он уже разворачивал коня.
— Ты подумай спокойно, без злости, — сказал он через плечо. — От тебя не будут требовать рисков. Просто делать то, что любишь.
Он выехал на тракт и пошёл рысью обратно, на юг.
Я стоял на притоптанной поляне, с одиноким столом со скатертью, на котором лежало ещё тёплое мясо, и осознавал, что он ведь мне не врал ни разу. Он действительно верил в то, что говорил.
Просто под конец снял с меня мерки — и сказал об этом сам, потому что даже не подумал, что тут есть, что скрывать. У него было поручение и желание посидеть с земляком. Сделал и то, и другое, и никакого тебе конфликта интересов.
Отражение я сплёл, только когда он уже скрылся в темноте. Поздно и незачем, на автомате.
Глава 13 Третья лошадь
Спал я в ту ночь отвратительно. И вовсе не из-за того, что меня кто-то беспокоил или было холодно. Твари не лезли, а спать так я уже привык. Тем более складной стул, прислоненный к дереву, оказался на удивление удобным для сна. Отошел, правда, на километр вглубь леса, предварительно забрав скатерть. Стол тащить было бы странно, а вот скатерть точно пригодится.
Уснуть не давали мысли. Ганн оставил мне шанс согласиться, и это было хуже всего.
Я считал, что я получу и что потеряю, на самом деле, если соглашусь. И тут, как и в любом билде, во главе угла стояло то, про что я вчера в споре нафиг вообще забыл. Цель.