Яркие неоновые вывески даже не пытались сочетаться друг с другом. Вместе с холодным воздухом до носа донеслась вонь мусора. Вспоминая запах Макото, Рика упрямо шла вперед; от холода ее глаза заслезились.

А ведь если подумать, Кадзии Манако всерьез воспринимала обычные постельные интрижки, сделав их частью своей повседневности…

Ток крови замедлился, и с холодом уже трудно было бороться. Нос заныл, кончики пальцев ног онемели.

Чем больше подводных камней обнаруживалось в деле Манако, тем более глупым и раздражающим казалось то, как примитивно воспринимала его Рика раньше.

Все вокруг, включая ее саму, слишком поддались субъективным представлениям о Манако. Рика заметила на собственном опыте: мир Манако воспринимался как-то уж очень легко. Есть мир обычный – мир, заполненный суетой, подчиняющийся нерушимым правилам, и есть мир ни на кого не похожей женщины, которая сама устанавливала правила, словно это само собой разумеется.

Едва наткнувшись взглядом на красно-желтую вывеску раменной, Рика тут же бросилась к входу, даже толком не рассмотрев заведение. За одним из столиков спал перед тарелкой с недоеденным донбури [52] полный мужчина средних лет. Скуластый официант в джемпере с логотипом раменной скользнул по Рике скучающим взглядом и пробормотал стандартное приветствие. Она взяла талончик в автомате самообслуживания и присела за столик у входа, не снимая пальто. Здесь было тепло и пахло бульоном. Протягивая талончик подошедшему официанту, Рика громко произнесла:

– Сио-рамен со сливочным маслом, пожалуйста. Масла побольше, лапша – самая плотная.

Влажный горячий воздух, тянущийся от кастрюль, вернул ее щекам румянец.

Наконец раздалось шипение шумовки, которой обычно достают лапшу из кастрюли. Из-за густого пара открытую кухню почти не было видно.

Рика всегда любила рамен. Еще в самом начале работы в издательстве вместе с Макото и другими коллегами она частенько заглядывала в маленькие раменные поблизости. Можно даже сказать, она отлично знала ассортимент в окрестностях Кагурадзука. Особенно ей нравился простой легкий рамен с соевым соусом.

Перед ней появилась чашка с лапшой. Рика обхватила ее двумя руками, и тепло приятно отозвалось в кончиках пальцев. Вскрыла упаковку с одноразовыми палочками, и к запаху куриного бульона добавился аромат дерева.

Рамен был максимально простой: из добавок только кунжут и лук-порей. Два квадратных куска масла, брошенных в чашку, уже начали таять, расплываясь в прозрачном бульоне, под которым виднелись светлые завитки лапши. Рика подцепила и вытянула немного лапши так, чтобы она прошла сквозь золотистые круги масла. Втянула лапшу в рот. Плотная и упругая, она ей сразу понравилась. К легкому вкусу куриного бульона примешивался едва заметный оттенок сушеного тунца. Бульон обжигал горло, но это было очень приятное ощущение, а сливочный аромат масла – не самого дорогого, кстати, Рика уже разбиралась в этом – придавал рамену долгое, яркое послевкусие.