— Эй, дядя Боря! — раздалось из-за дверей.

Волохай чуть не подскочил на месте. Вот ведь урод! Не сидится ему там тихо…

— Чего тебе? — буркнул он.

Вопрос был скорее риторическим, ведь Волохай знал, «чего», но от скуки уже был согласен даже с нарком поболтать. Вчера после того, как Волохай угостил его сигаретой, пропихнув ее в дырку, оставшуюся от старой ручки, нарик пересказал ему всю свою немудреную историю. Как вылетел с ВУЗа, как родители из холодного Мурманска потребовали или возвращаться, или не надеяться на их финансовую поддержку, и как он стал бегать с работы на работу, и в итоге вышел на тех, кто предлагал большие деньги вроде как за плевое дело.

Дело действительно было плевым. Главное в нем — ментам не попасться и не красть. Он этого и не делал…

Взял товар, маякнул клиенту через мессенджер, оставил товар в укромном месте, забрал бабки. Все.

Далее бабки хозяевам и себе скромный процент. К слову, платили по-царски, во всяком случае, по меркам непутевого бывшего студента.

Правда, из тех, кто «устроился» на работу вместе с Димой, как звали нарика, через месяц не осталось никого. Одного завалил хитрожопый клиент, второго и третьего взяли менты, четвертого сдали закладчики конкурентов. Через два месяца и три полные смены «коллег» у Димы начались проблемы с башкой, ему везде мерещились менты.

Кто-то посоветовал ему действенный метод «успокоиться», и он к совету прислушался. Попробовал раз, два, и понеслось…

С этого момента он уже плотно подсел на собственный товар, а потом жахнул апокалипсис, и все.

Дима, у которого еще остались мозги, сгреб товар, который мог, и ушел в бега, надеясь на лучшее…

Далее он прошел через многое — лагерь, побег из города, наводненного мертвецами, столкнулся с быстрыми и опасными тварями, от которых смог сбежать…

Внезапно он прервал свой рассказ и заискивающим голосом попросил Волохая:

— Дядь Борь! Дай еще сигарету, а? Ну пожалуйста! Уши крутит — курить хочу…

— Ага, конечно! Обойдешься!

— Да ну дядь Борь! Ну сам же куришь, сам знаешь, как оно… Ну будь ты человеком, дай сигу!

Волохай ни садистом, ни гадом не был никогда. Да, мало кто мог рассказать о его щедрости, но не на такую же мелочь. А сигарета…да пусть себе курит. Ну действительно, свинство это — не давать человеку сигарет. Он прикурил для нарика сигу и сунул ее в отверстие.

— На, держи! Что ж я, совсем зверь, что ли…

За дверью раздалось что-то вроде: «А-а-а-а! Какой ка-а-а-айф!», и пару минут Дима молчал, наслаждаясь своей сигаретой, а потом выдал:

— Хороший ты человек, дядя Боря. Скажи, ты ведь один там сейчас, никого из великих моралистов вокруг нет, а?