Это навело ее еще на одну мысль: а почему бы не поговорить с создателем «Яблока» — с самой Селестой? После перерождения осколки теряют большую часть памяти, но далеко не всю. И вообще, было бы неплохо выслушать ее версию этой истории.

— Я хочу поговорить с Селестой.

На этот раз Сэм обратилась за помощью к Асмодею. Просить об одолжении бога света ей очень не хотелось, а у его сильнейшего соперника наверняка тоже весьма достойная «коллекция».

— Что ж, это разумно, — кивнул старец и без лишних расспросов открыл портал, ведущий прямо в «камеру заключения» богини.

Селеста сидела в уютном кожаном кресле и с некоторым недоумением глянула на нежданную гостью. Первое, что бросилось в глаза Сэм, — пленница Асмодея была невероятно, просто сногсшибательно красива. Уж насколько часто ей самой делали подобные комплименты, но внешность девушки-мышки (тщательно подобранная, между прочим!) не шла ни в какое сравнение с неземной красотой богини.

Пленница носила множество украшений. Однако, приглядевшись, Сэм поняла, что все это — сигнальные, сдерживающие и шпионские артефакты. Асмодей сделал все, чтобы бывшая богиня мудрости не могла сбежать.

— Герой? — удивленно заметила Селеста, бросив взгляд на аурамитовую руку Сэм. — Проклятье, кажется, мои «веселые деньки» снова сочтены!

Она кисло улыбнулась и отвернулась к окну. Похоже, появление гостьи не стало для нее большой неожиданностью.

— Я… мне очень жаль, — Сэм не нашла, что еще сказать.

— Да чего уж там, — отмахнулась бывшая богиня. — Я прожила долгую и яркую жизнь. Мне не о чем жалеть.

— Вы правда считаете, что они вас опять убьют? — удивилась Сэм. — Но зачем, почему? Неужели нет другого способа… — девушка против собственной воли разволновалась.

— Нет, к сожалению, нет, — со вздохом покачала головой Селеста. — Это называется «принудительное слияние». Сильная душа поглощает слабую. Процесс очень болезненный для обеих сторон. Да еще и кроме силы врага вполне можно получить в довесок все его вредные привычки и слабости. А если разница в силе незначительна, то и вовсе заработать расщепление личности. Честно говоря, ощущения такие, будто тебя заталкивают в мясорубку вместе с кем-то еще, а потом из получившегося фарша лепят что-то похожее на твою мясную статую.

Сэм поежилась. Оборотню с большим опытом кровавых сражений не слишком сложно представить такую аналогию.

— Вы говорите так, как будто…

— А на что, по-твоему, похоже слияние осколков? — усмехнулась богиня. — Чем дольше мы живем собственной жизнью, тем сильнее отдаляемся друг от друга и от нашего оригинала. Так что этот процесс гораздо больше похож на насилие, чем на «радостное воссоединение», уж поверь.