— Ты чо, это же акома! Вдруг проснётся — огребём мечом по балде!

— Чо ты болтаешь! Ты разбудишь его, скотина! Спит он и спит, молчи, тссс! Давай сюда сеть!

Сквозь полуприкрытые глаза я различил в предутреннем сумерке три фигуры, крадущиеся ко мне. Они были уже на расстоянии метров десяти — мой острый слух, или же утренняя тишина, позволили мне услышать их переговоры метров за пятьдесят, и к моменту, когда бандиты оказались на расстоянии броска сети, сна у меня не было ни в одном глазу.

Я немного подумал, и решил:

— Эй, уроды, если кто-то подойдёт ко мне ближе, чем на пять шагов — убью!

— Хран, говорил я тебе — он не спит!

— Чо ты, обделался что ли⁈ Он один, а нас трое! Набрасывай на него сеть, за него большие бабки дадут!

Бандиты кинулись на меня с разных сторон, полетела ловчая сеть, которая, как я знал, делалась из специальной нити, вроде как, вырабатываемой из нити огромного лесного паука — у неё было одно свойство — сеть не слипалась между собой, но если касалась человеческого тела, то сразу прилипала, как намазанная клеем. Эти сети использовали все охотники за рабами — хоть она стоила недёшево, но оправдывала своё назначение на сто процентов. Мне вспомнилось, как билась в сети пойманная Аргана и меня охватила ярость.

Сеть, утяжелённая каменными грузилами по бокам, летела, вращаясь, на уровне пояса и я перекатом поднырнул под неё, одновременно сокращая дистанцию до охотников.

Первый удар пришёлся по голени одного из бандитов и практически отсёк ему ногу, повисшую на лохмотьях кожи, второй удар вспорол живот их главаря, с ужасом и недоверием смотревшего на кучу внутренностей, выскальзывающих у него из окровавленных ладоней. Он бестолково попытался всунуть их обратно в живот, потерял равновесие и упал, смотря незрячими глазами в розовеющее небо. Третий участник нападения, видимо, тот, что всё время предлагал оставить затею, бежал со всех ног вниз по склону и я не стал его догонять. Пусть живёт — на сегодня хватит пары трупов.

Как там говорил Варган — «Надо поддерживать образ безжалостного и свирепого акома — убивать парочку головорезов в месяц». Ну вот, план по головорезам я и выполнил. Хотя — нет: второй, которому я отрубил ногу, был жив и только тихо скулил, зажав брызгающую фонтанчиками крови культю. Он что-то просил — вроде как доставить его к лекарю, обещал всяческие блага, но я поднял свой вещмешок и не обращая внимания на раненого пошёл от места схватки — дадут боги ему удачу — выживет. Нет — значит, его судьба такова.

Теперь я отчётливо понимал, почему в тёмное время суток улицы так пустуют, почему практически никто не ходит по одиночке, а только группами — ночные охотники за рабами не дремлют.