— Хорошо, — легко согласилась я. Мне лишь хотелось, чтобы этот разговор закончился.
— Я хочу держать вас в поле зрения, — добавил он, и в его голосе прозвучал привычный лёд. — И вашего друга-водяного тоже. С понедельника — индивидуальные занятия. Чтобы у вас больше не оставалось сил на подобные “подвиги”. Это убережёт нас всех от вашей глупости. Для вас — выработка лишнего ресурса, для академии — квалифицированные маги к выпуску.
К выпуску?
В памяти всплыли слова Каспиана о том, что юные девы вроде меня редко доходят до финального курса и получают диплом, ведь их может очаровать особь мужского пола и уволочь замуж. Ну-ну. Видимо, мне всё же удалось переубедить Лира. Или он просто решил, что сломать меня будет сложнее, чем выгнать.
Но спорить я не стала. Лишь кивнула. Сил не осталось даже на это малое усилие.
Он опустил голову, погружаясь в бумаги, и жестом отпустил меня. Я поднялась, чувствуя, как гудят ноги, а в запястье всё ещё отдаётся странное, покалывающее прикосновения тьмы. Дверь захлопнулась за мной с тихим щелчком.
Я прошла пару шагов по коридору и остановилась, взглянув на свои руки, которые еще недавно были окутаны черными тенями. Спокойным, замедленным шагом я направилась в общежитие. Хотелось увидеть Хану как можно скорее, но тело требовало покоя.
Внезапно я замерла. Что-то было не так.
Я снова посмотрела на свои ладони. Пальцы, ещё недавно покрытые пылью, грязными разводами и свежими ссадинами от схватки с аномалией, были идеально чистыми. Кожа гладкая, ни царапины, ни пореза. Следы опасного приключения исчезли бесследно.
Как это возможно?
Тьма исцелила меня?
Я резко обернулась, будто ожидая увидеть кого-то в конце коридора, но там было пусто. Только тишина и полумрак.
Добравшись до своего крыла, я едва нашла силы тихо поскрестись в дверь комнаты Фростайн. Энергия была на исходе.
Дверь отворилась мгновенно. На пороге стояла Хана — безупречная, словно только что вышла из ванны. Короткое синее каре лежало идеальными волнами, кожа сияла чистотой, одежда была свежей и выглаженной. Лишь тень в глубине её синих глаз выдавала пережитый стресс.
— Не прибил… уже хорошо, — выдохнула она, распахивая дверь шире.
Я юркнула внутрь и тяжело опустилась на ближайший стул, чувствуя, как ноги перестают слушаться.
— Что сказал Лир? — нетерпеливо спросила Хана.
— Отработки в лаборатории у Дирар. И индивидуальные занятия для меня и Марка. Чтобы мы «выпускали свою неуёмную энергию», — хмуро пробормотала я, потирая виски.
— И всё? — брови соседки взметнулись вверх.
— Да. Думаешь, этого мало? — я скептически взглянула на неё.