А сейчас врет конкретно, значит, не настроены они расправиться со всеми родственниками Брата. Не собираются заходить так далеко. Да вообще странно было бы. Но зато явно имеется такое намерение просто пугать меня страшными угрозами до конца. Отрезают себе путь к спасению, кстати, каждое такое слово понемногу перевешивает весы моего доброго терпения.

За каждое такое высказывание немного прибавляют себе проблем к неминуемому возмездию.

— Я-то здесь при чем? Не знаю, кто взял что-то у ваших людей, я ничего не брал точно, — требуется немного поотпираться, не брать же на себя такие грехи просто так.

— Не ерепенься, они нам сами все рассказали. Когда пришли в себя.

Снова ложь, значит, рассказать курьеры ничего не могут. Однако какой-то правды про деньги, если бы их забрали полицейские на вокзале, бандиты могут добиться, если очень захотят. Угрозами или, скорее всего, новыми тратами за откровенность. Похоже, успели все же перехватить товар на Московском вокзале наркодилеры и еще не забыли проверить кошельки своих курьеров.

Только думаю, просто решили повесить пропавшие деньги на меня, как на подходящего козла отпущения.

Но почему через столько времени? Странно все получается, должны были край через пару недель появиться с такой претензией! Через несколько дней после встречи с тем солидным мужиком, которому я все рассказал почти честно.

— Я даю тебе один шанс признаться сейчас. Заплатишь за свой проступок хороший штраф. Еще отстегнешь денег на лечение нашим парням. И будешь свободен и счастлив. Если будешь упираться — переместишься сразу в подвал, там будет очень больно. Признаешься все равно и все отдашь так же, только уже не весь целый. Он тут рядом, далеко ехать не нужно, — медленно говорит курносый.

Тут есть что-то из правды в его словах, а где-то он врет по-прежнему. Придется уточнить, а то эти черти уже сжали с обеих сторон, навалились своими телами и дышат мне в лицо совсем невкусными запахами. Демонстрируют по договоренности сильное нетерпение. Водитель тоже повернулся в пол оборота и неотрывно смотрит мне в лицо.

«Интересно, у них стволы есть? Должны вообще быть», — успел подумать я.

— Как я могу быть уверен, что вы меня отпустите после того, как мы договоримся? — начинаю первым делом торговаться, делая вид, что уже собираюсь платить.

Может, и не все, что они захотят, но идею такую в корне уже не отрицаю. Особенно в своем сильно уязвимом положении сейчас, когда заперт на заднем сидении. И подвал с цепями где-то рядом меня ждет.

— Отпустим, ты нам не нужен, — обещает курносый и опять врет.