Из вертолета на лед реки начинают выпрыгивать молодые солдаты срочной службы с автоматами. Все те, кого смогли найти силовые структуры для такой операции поблизости.
Все, подмога пришла, только злоумышленников с украденным оружием нигде не видно.
Тем более могучие вихри от лопастей винта вертолета в секунду заносят все следы на снегу, а бравые солдатики еще больше их затопчут.
Теперь место нашего отправления из родного мира уже не найти никому.
Пробуждение оказалось непростым, но без особо неприятных последствий.
Комок подступил к горлу, и я, боясь захлебнуться, с трудом приподнялся, опираясь на локоть левой руки. Откинулся, как смог, подальше от того места, где оказалось мое тело в момент пробуждения.
Тошнило меня недолго, можно сказать я просто срыгнул и сплюнул небольшой комок рвоты. И все, следующих позывов не было, что очень меня порадовало.
Выпрямился и попробовал сесть, но в голове зашумело. Только и смог не удариться сильно головой, откидываясь обратно в лежачее положение.
В голове не нашлось ни одной мысли, только туман, белая пелена и больше ничего.
От поверхности, на которой лежит мое тело, идет очень приятное тепло, вскоре веки сомкнулись, я крепко уснул.
Прихожу в себя я по итогу целые сутки и еще более, теперь смог со временем точно определиться.
Время заметил не по смене светлых и темных времен суток в Храме, а по часам на руке, которые пережили перемещение и даже сохранили определенный завод пружины. Чему я оказался сильно удивлен.
Старые добрые «Командирские» не подкачали, исправно светящимися стрелками показывают, что время идет, а я все еще лежу на теплой и доброй поверхности.
Удачная идея — купить механические часы и завести их на полную прямо перед перелетом, зато теперь я знаю, можно что-то такое с собой прихватить, и оно останется в рабочем состоянии, в отличии от электронных гаджетов.
Местный ксерокс старательно копирует даже завод пружинки или еще чего их там двигает.
Сначала я увидел число девять и время — шесть тридцать, умудрился запомнить такие числа, даже сразу смог опознать и часы, и минуты, которые они показывают.
К тому времени, как я поднял голову и скинул ноги вниз, стрелки показывают двенадцать часов дня десятого числа.
Десятого января, как понятно. Ушел я с берега Вуоксы вечером седьмого, пришел в себя утром девятого и полностью оказался готов вставать еще через сутки и шесть часов.
«Ага, получается все немного по-другому, чем я раньше думал, но в тех же примерно временных промежутках», — решаю я.
Первым делом я осознаю, что новый Храм такой же большой, как в Сиреневых горах, по размерам они абсолютно идентичны, а ручеек воды также заметно шумит у меня позади.