— Этих троих опознали?
— Да, по камерам на вокзале. Все из криминальных людей, обслуживают крупных торговцев наркотой, выбивают долги и решают вопросы. Однако по данному эпизоду им предъявить нечего, что там было в багаже — уже не проверить.
— Так, а что с Протасовым?
— Его вызывал дознаватель по такому делу, однако он ничего конкретно не рассказал. Ответил, что соседи оказались очень неприятные и он с ними не общался. Даже не смотрел в сторону вызывающе одетой девушки, чтобы не нарываться на проблемы с ее агрессивным парнем. Подписал протокол и ушел. Никаких подозрений у дознавателя не вызвал.
— Но это только начало. Дальше необъяснимые странности только начинают накапливаться, — медленно протянул полковник, переворачивая один из листков в своей толстой папке.
Первый и Второй снова переглянулись, достаточно терпеливо ждут продолжения рассказа о проведенном расследовании от Палыча.
— Давайте того Протасова, который улетел на самолете с новым паспортом — называть Первым, а того, который поехал на поезде по старому паспорту — Вторым, — предложил Палыч, — чтобы не путаться.
— Давай, — согласились с ним генералы. — То есть тебе еще много чего есть рассказать, чтобы мы их не путали?
— Рассказать найдется что, будьте уверены, — немного криво усмехнулся полковник и продолжил:
— Первое, Второй Протасов пользовался сим-картой, оформленной на Первого Протасова. Пользовался во Владикавказе и здесь, когда приехал на вокзал. Потом отключил ее и больше вообще не использовал. Что довольно подозрительно, значит, он не хотел, чтобы по ней его нашли в городе или определили места проживания.
— В медцентре он работал не официально, как говорит хозяйка, просто проходил испытательный срок. Срок этот подзатянулся, честно говоря, с начала августа до начала января, когда мои люди его спугнули. Все записи по его клиентам мы подняли.
— Вот именно, Палыч, именно твои балбесы его профукали по-глупому, — напоминает полковнику один из генералов.
— По поводу задержания, вот рапорты от обоих оперативников, — протянул Палыч бумаги своим начальникам, но они от них отмахнулись:
— Вкратце, что они пишут?
— Что Протасов, который теперь установлен как Второй, оказался человеком не очень большого веса, но явно нечеловеческой силы, они вдвоем не смогли его скрутить, как ни старались.
— Это твои-то мордовороты? Не смогли обычного человека заломать? Вдвоем наручники не смогли одеть? Да не может быть! — до глубины души поражается Виктор Степанович.
— Однако все вышло именно так. Оба в один голос уверяют, что он смог легко, даже особо не напрягаясь, вырвать руки из захвата и вырубить их из сознания легкими по виду ударами. Причем не с первого раза, а только со второго окончательно, зато уже надолго. Сам ушел через окно, благо, первый этаж оказался, не пошел через дверь, понимая, что там его ждет машина.