Штаны у гнома были спущены, естество торчало наружу, но завершалось оно неудачной фотографией Шона с выпускного, где он на спор побрился налысо.

У принцессы же вместо грудей кокетливо выглядывали из-под декольте обрезанные лица Руперта и Боба, а ее шея перерастала в перерастала в статуэтку Ронни Лаучмена — награду зрительских симпатий, разыгрываемую в их штате каждую неделю по телевизору за лучшую шутку, кем-либо произнесенную в просторах медиа.

— Ну что, Руп, будем распечатывать макет? — спросил Дик. — Или цвета еще немного подтянем?

— Да нет, с цветами порядок, — Шон повернулся к Дику с побелевшим от ярости лицом. — Но вот зубов во рту как-то многовато у тебя получилось, Дейл. Перебор, как по мне. Надо бы поубавить их процент…

Дик схватил с ближайшего стола настольную лампу со стальным абажуром.

— Вот только дай мне повод… И я раскрою тебе череп…

— Эй-эй, ребят, остановитесь! — Олдли втиснулся между ними, распростерев руки. Дверь директорского кабинета хлопнула об стену.

— Да что опять не так⁈ — закричал Боб с порога. — Почему вы не работаете?

— Художника своего спроси, — отозвался Шон, пытаясь стряхнуть со своего плеча пальцы редактора. — Это он не работает, а карикатуры с нами рисует!

— Что? Какие карикатуры? — не понял начальник. — Ты вообще не должен знать, что он рисует, Голдлесс, ты должен безостановочно обзванивать новостные каналы для рекламы Тайлера Синика!..

— Наши головы вместо членов, Боб! Он и тебя тоже пририсовал!

Боб приблизился к компьютеру Дика, и недоверчиво склонил голову.

— Что это…

Вопрос был явно риторическим. Не дождавшись ответа, начальник рухнул в кресло и приложил ладонь к виску так, будто его охватила мигрень.

— Что же ты наделал, Дик, — пробормотал Олдли.

— А вы думали, я стану это терпеть?

— Тебе больше не придется терпеть, — резко произнес Боб, разворачиваясь к нему. — Думаю, мы даже обойдемся без бумажной волокиты…

— Да… да… ты уволишь меня за это, вот так удивил, — перебил Дик. — Какие же вы все невинные и интеллигентные… Самим-то не противно передо мной стоять и до последнего корчить из себя жертв? Выродок из гномьего выводка… Да, я низкого роста!.. Но ниже вашей выходки уже ничего нет…

— Какой выходки? О чем ты?

— Хватит! — взревел Дик, с силой нанеся удар по столу лампой. Абажур погнулся, осколки брызнули в отшатнувшихся коллег. — Ублюдки! Посмеялись и хватит… Притворяться вам дальше смысла нет. Я ухожу.

Олдли опасливо отодвинул собой Руперта и Шона, давая озверевшему Дику пройти. Начальник провожал его ошалевшими глазами.

— Ты заплатишь за лампу.