— Жестоко, — только и смог сказать Дик.
— А по менее серьезному поводу они сюда не поедут, уж такой район у тебя, — развел руками толстяк. — А тут звездочки получат… Или новые шевроны. Или мне отменить заявку?
— Нет, оставь, — на какой-то момент Дик испытал наслаждение, представив, как к соседу вламывается наряд, бросают его лицом в пол и отбирают всю технику, даже телефон, не оставляя возможности впредь хоть как-нибудь включить музыку. — Я не удивлюсь, если у него действительно найдут что-нибудь эдакое…
Чип заунывно зевнул и дотянулся, не вставая с кресла, до банки пива.
— Когда думаешь спать?
— О-о, только не этой ночью… Я так давно не бродяжничал в просторах интернета. А то все улицы, да улицы… Надоело.
— Значит, на полу посплю в другой раз, — решил Дик, растянувшись на диване.
При обычном раскладе он бы ни за что не смог уснуть, пока за стеной гремела музыка. Сосед решал за него, во сколько ложиться. Но сейчас Дика охватило странное спокойствие, кулак в груди разжимался. Ублюдок будет наказан буквально на днях.
Дик мог спать в непогоду, его не тревожило пение птиц, ветер, дождь, гроза и другие шумные проявления, источник которых не был способен осознать, что кому-то мешает. Но если это был человек…
Дика обжигала мысль, что некто способен причинять дискомфорт другому, прекрасно это осознавать и… не придавать значение. Его свербило это чувство, что им пренебрегли, что его сочли слишком мелким… незначительным, чтобы принять его неудовольствие к сведению.
Дик вспоминал отца. Утром никогда не было слышно, как он собирался на работу, пока все спят. Ниндзя, как в шутку называла его мать. Однако, когда Долорес перевелась в роддом, готовясь произвести на свет младшего брата, Питер вдруг перестал быть ниндзей. Он стал греметь посудой, жужжать электробритвой у большого зеркала в коридоре, включать на полную громкость телевизор с новостями. Это было летнее время, и Дику не нужно было рано просыпаться в школу.
— Почему так громко, я хочу спать, — спросонья бормотал он.
— А зачем тебе сейчас спать?
— Я хочу…
— А я тоже много чего хочу. Мешает ему, ты смотри-ка, — усмехался Питер, продолжая надраивать станком свою щеку. — На цыпочках что ли вокруг тебя ходить, подстраиваться? Многого для себя хочешь…
Дику мешал спать шум не снаружи, а внутри него самого. Кровь шумела в висках, ярость клокотала в сердце. Но в этот раз он не позволит собой пренебрегать.
Хмель в голове намурлыкивал ему колыбельную. Джеффри, любитель рока, скоро получит по заслугам.
Правило №6. Отрицай очевидное.
— Здравствуйте. Я недавно узнал, что мой организм незаконно производит дерьмо, мне очень стыдно, что я столько лет обманывал государство и не отдавал положенные девять процентов. Я готов компенсировать ваши потери и возмещать убытки в виде ста процентов дохода от моего производства. Подскажите, пожалуйста, куда мне отвозить дерьмо? — пересказывал Шон коллегам. Олдли свистел своими прокуренными легкими от смеха, а Руперт хлопал себя по колену и переспрашивал, не веря, что Шон им прямо так и сказал. — Да, прям так и говорю! Подскажите, куда? В налоговом управлении разводят руками, мол, этим должны заниматься другие госорганы. Может, наложить прямо под дверьми Белого дома, а то совсем что-то плохо на душе…