Видимо, зря. Придется наверстывать.

Проснулась я рано, на рассвете, в гораздо лучшем настроении и состоянии, чем легла. Спину почти не ломило, несмотря на то, что я не двигалась всю ночь, а сквозь символический тюфяк отлично ощущался пол.

Поднялась, потянулась и проверила солнечное сплетение — солнышко сияло во всю мощь и не собиралось прятаться.

Интересно, его видно снаружи? Ну, одаренным? Наверное, нужно как-то замаскировать, успокоить? Или у магов оно так и пылает постоянно?

Кого бы спросить…

Быстро привела себя в порядок и выбралась на улицу. Низкоранговые служанки, позевывая, подметали дорожки от налетевших за ночь лепестков и песчинок.

На площадке разминались ученики постарше. Младшим только предстояло подняться — поначалу новеньким предоставлялись некоторые поблажки. Они не привыкли к нагрузкам, и это учитывалось.

Жаль, что о работницах так же не заботились!

Делая вид, что страшно занята и спешу, я проскользнула в спальный флигель. Работницам туда можно было, но лишь тем, кто отвечал за уборку. С другой стороны, у меня теперь нет ограничений, я личная служанка господина Хайна. Барьер пропустил — значит, все в порядке.

Ему, похоже, просто не пришло в голову, что я могу внаглую попереться к брату.

Гун моему появлению не обрадовался.

Начать с того, что я его разбудила. Родственничек беззаботно дрых, разметавшись на тюфяке.

Меня кольнула легкая зависть — как же, простор и свобода, потом я оглядела помещение с ровными рядами «постелей» человек на двадцать, и желание поменяться местами поугасло.

— Чего тебе? — пробормотал парень, не до конца сообразив, где он и с кем. А когда сообразил, вцепился в мою руку и сел, панически оглядываясь по сторонам.

— Поговорить надо! — прошипела я.

Молодые организмы спали на диво крепко, и нашим шебуршанием их так просто не разбудить, но лучше бы куда-то переместиться. С минуты на минуту сюда явится дежурный, чтобы поднять детей на построение и зарядку.

— Ты с ума сошла! Нас же накажут! Тебя в первую очередь! — заявил Гун.

— Вот и шевелись, чтобы не наказали!

Я решительно выдернула его с тюфяка, как морковку с грядки, и поволокла за собой.

Планировка флигелей не слишком отличалась. Вот обстановка — да. Короткий коридор и закуток под уборочный инвентарь — все, как у господина Хайна.

К чести хозяина школы, могу отметить, что окна, пол и стены в ученической спальне точно такие же, как в его собственной. Роскошью покои мужчины не отличались. Ни ковров особых, ни драгоценных ваз. Сама постель поприличнее, не тюфяк, но на этом, собственно, различия заканчивались.