Господин Шуо в своей манере хмыкнул и кивком разрешил мне действовать.
С трудом догнав Лейши, я вцепилась в ее рукав намертво.
Пойдем вместе, посмотрим, куда нас приведет проклятие.
Сначала я думала, что принцессу хотят просто выманить из дворца, чтобы убить без помех. Все-таки если кто-то решится на покушение в стенах флигеля, это ляжет пятном на репутацию самого императора. Как же, не уберег гостя.
Пусть не он лично, конечно, за безопасность отвечает, но территория-то его.
Но чем дальше мы уходили с Лейши, тем яснее становилось, что ее ведут в определенное место.
Дома вокруг становились все скромнее, заборы из кирпичных стали деревянными, а затем и вовсе исчезли. Потянулись узкие улочки с натянутыми поперек веревками, на которых сушилось белье.
Жизнь в столице не залог богатства. Многие семьи давно разорились, но продолжали занимать дома предков. Одни сдавали комнаты приезжим, чтобы продержаться на плаву, другие организовывали лавки и мастерские, третьи продавали детей во временное рабство. Или себя.
Очередной переулок закончился тупиком.
Я уж было решила, что «навигатор» в письме ошибся, но тут справа зловеще скрипнула дверь, и нас с Лейши втянули в темное, затхлое помещение.
— Почему их две? Должна быть одна, — проворчал в темноте мужской пропитой бас.
— Тащи обеих, госпожа разберется! — буркнул другой, и нас за шкирки потащили куда-то по тесному коридору.
Подруга обмякла и не думала сопротивляться. Похоже, магия окончательно ее подчинила. Я тоже на всякий случай не дергалась. Не хватало еще попасться гадам под горячую руку.
А что, если неведомая госпожа сейчас прикажет от меня избавиться?
Вся авантюрность задуманной мной спасательной миссии развернулась иным боком.
Кто бы меня теперь спас!
Надеюсь, господин Шуо оправдает свою репутацию и успеет вовремя.
Коридор вильнул раз, другой. Мы оказались на свежем воздухе, в узком дворике внутри здания.
На качелях, то и дело отталкиваясь изящной ножкой, обутой в дорогую вышитую туфельку, сидела очаровательная незнакомка. Молодая, ненамного старше Лейши. Лет двадцать, может двадцать пять.
Здесь женщины старели как-то резко. До сорока — персики, а потом раз, и изюм. Если магии нет. Если есть и дар силен — юность можно было продлить почти до бесконечности.
Удивительно, что желающих стать магичками было так мало. Наверное, считали важнее репутацию и замужество, а не внешний вид.
Белоснежный халат, сияющее персиковое одеяние под ним, светлая ровная кожа — девушку можно было бы принять за призрака, если бы не скрипящая под подошвой галька и не поскрипывающие под ее весом перекладины качелей.