— Вопросы здесь задаем мы, — надавил голосом Валежный.

Яна хмыкнула. Достала из кобуры револьвер, прокрутила его на пальце, не хуже иного ковбоя, убрала обратно.

— Ради вас я стены портить не буду. Могу вам попасть по выбору куда захотите. Только чтобы пуля в мясе застряла, а то ремонтируй потом подвал.

Звучало это совершенно серьезно. Алоиз сбледнул, сглотнул и решил не задавать глупых вопросов. Потому как нож он у императрицы тоже видел. Ножны четко выделялись под тонкой рубашкой, на руке. И клинок тонкий, острый… отлично вонзится хоть между ребер, хоть в ухо…

Стилет, скорее.

— Вы ехали через Звенигород? — уточнил тор Изюмский.

— Я бывал там.

— Подробности? — оживились мужчины.

На подробности Зарайский тоже не поскупился. Знал он неожиданно многое. Укрепления, пулеметы, отряды…

Просто так столицу будет не взять. Это понимала Яна, это понимал Валежный. И сколько человеческих жизней придется положить? Сколько людей не вернется в свои дома, ради символа победы? Кто владеет столицей, тот владеет Русиной. Но…

Какой ценой это оплатит страна?

— Нам бы пятую колонну, — мечтательно протянула Яна.

— Пятую колонну? — не понял Валежный.

Яна вздохнула.

Ну да, в этом мире данное выражение не употребили. Не родился пока еще генерал Франко. И не сказал свою знаменитую фразу про Мадрид, мол, мы пойдем четырьмя колоннами, а пятая ударит изнутри… точнее Яна не помнила. Но смысл был этот.

Пришлось объяснять.

— Это сберегло бы нам время и силы, — согласился Валежный. — Пламенный власть не отдаст, вцепился когтями и клыками…

Яна кивнула.

Пропаганда у врага работала на полную мощность. Кого загоняли добровольно, кого добровольно-принудительно. Но войско росло. Цена таких вояк копеечная, но мясом завалить врага всяко сойдет.

А для Яны и эти парни были бесценны!

Каждый, каждый погибший в гражданской войне — это еще минус одни рабочие руки, минус один отец для детей, минус один воин в будущем…

Понятно, когда внешний враг развязывает войну в чужой стране. И радуется, подглядывая в окошко. Ему чего? Враг сам себя уничтожает, это хорошо.

Но Яне-то Русина нужна…

То есть не нужна, но…

Жалко, Хелла всех сожри!

Жалко, понимаете⁈

За цифрами стоят живые люди. Может, у мужчин как-то получается от этого абстрагироваться, а вот Яна не умела. Не могла…

Жом Зарайский поглядывал с надеждой. И Яна махнула рукой.

— Тор генерал, пока убивать не будем?

— Пока поживет, — согласился Валежный. — Сейчас вас, жом, развяжут. И дадут бумагу и карандаш. Запишите подробно все, что вспомните. Потом мы с вами еще поговорим. Подробнее.

Зарайский помрачнел.