— Он, кажется, говорил, что тор, — «вспомнила» Яна.

Валежному она пересказала все. И разговор, и обстоятельства похищения. И мужчина взвился.

Хотя с чего бы?

Одно дело — воевать. Другое — охранять. Силовик и телохранитель, это не одна профессия, это очень разные специальности.

Воевать — оно как? На врага, вперед, в атаку…

Телохранитель же должен и заметить опасность для принципала, и прикрыть его, может, даже и своим телом, если понадобится. Это другая выучка, другие навыки. И вообще, разделение бы по специальностям.

Спецназ там, антитеррористическое отделение, телохранители… а то — что?

Жандармы одни зашиваются?

И тех грязью закидали и заплевали? Самое обидное — за что? За то, что псы режима? Ну так у них работа такая. Или за то, что каждый пламенный революционер от них по зубам получал? И все равно — работа! Небось, как во власть пролезли, так тоже себе полицию завели? То-то и оно…

Так что генерал слегка полютовал, влепил всем уснувшим по десять нарядов вне очереди на чистке нужников, и успокоился. Действительно…

Даже собак учат, что из чужих рук ничего брать нельзя.

А людей учить не надо? Они, типа, умнее? Ну-ну…

Весь гнев Валежного вылился на бедолагу Алоиза. Что выразилось в лишней дюжине пинков и паре-тройке падений.

— Предлагаю сначала выяснить, кто именно послал сего жома по моему следу, — предложила Яна. — а уж потом…

— и кто же? — тор Изюмский был сама доброта.

Алоиз поежился.

Принцип «двух следователей» он понимал и не слишком обманывался возможной добротой, но… как-то оно иначе воспринимается, когда под следствием именно ты.

А чего ему скрывать?

— Лионессцы. Есть там такой, тор Дрейл. И тор Вэлрайо.

— Ясненько, — хмыкнула Яна, подумав, что она правильно ориентировала Дмитрия, даже не зная всех обстоятельств. Но… — Подробности?

Подробности Зарайский выложил. И кто, и сколько, и за что именно. И на Яну косился… странно. Правду сказать, не воспринималась Яна, как императрица.

Вот в другой обстановке, может быть… а тут?

Сидит девчонка, верхом на стуле, облокотившись на спинку, с простой прической, в брюках и рубашке, хоть и из хорошего полотна, но все же — мужская одежда, два украшения — серьги в ушах, простые золотые капельки, еще с Зараево остались, еще от той Анны, и кольцо на пальце. Ни тебе драгоценностей, ни шика, ни лоска, ни краски, ни платья, ни фрейлин… собственно, ничего!

Зато револьвер висит на поясе.

И судя по тому, как он висит… его не раз применяли.

Зарайский закончил ответ и не удержался.

— Ваше императорское величество, револьвер у вас — заряжен?

Своего рода провокация. Он еще и успокоился слегка, пока рассказывал, и прощупывать почву начал…