— Думай. Что-то ювелирное, коробочки, баночки, ну хоть что…

Кира запустила пальцы в волосы.

— Не помню… это же магазины!

Аня вспомнила торговый центр, в котором выбирала платье, и кивнула. Задумчиво. Всяких разных бутиков там было — жуть жуткая.

— Тогда исходим из худшего. Что твои отпечатки пальцев есть на коробочке от ювелирки. М-да, подставили тебя филигранно.

Кира тоже сообразила, и буквально взвыла в голос.

— Это за Витю! Олеське он нравился… и ведь предупреждала меня завуч, а я, дура…

— Критически. Но — не поможет, — махнула рукой Анна.

— А что делать?

— Думать, Кира. Исключительно — думать.

— Я папе расскажу!

— Безусловно, — кивнула Анна, — ты правильно сделала, что все рассказала. Это не разрешить без помощи взрослых. Но действовать надо аккуратно.

— То есть?

— Чтобы не было ущерба репутации. Честь надо беречь смолоду.

— Олеська — дрянь!

— Это понятно. Но вопрос нам придется решать своими силами и очень осторожно. Чтобы о тебе не пошло гадких сплетен. Сама понимаешь, то ли он украл, то ли у него украли, а история была нехорошая.

— Не хочу!

Кира смотрела с такой надеждой, что Аня не выдержала. Притянула, поцеловала.

— Кирюша, солнышко, это бывает. Не переживай. Мы вместе, мы справимся.

Кира улыбнулась.

Вот теперь она и не переживала. Она точно знала, что все будет хорошо.

Боре Анна решила рассказать сама. Сначала без Киры.

И не прогадала.

Сначала Борис Викторович швырялся молниями, не хуже Зевса-Громовержца.

Потом чуточку поостыл и стал напоминать кипящий чайник.

Потом перешел к конструктивному диалогу.

— Кто такая Рябченко, я знаю. Стерва.

— Слушаю внимательно?

— Да чего тут слушать? Базарная баба. Начинала колбасой торговать на рынке, сейчас торгует ей в павильончиках и магазинах. Хотя колбаса у нее дрянь. И сама она хабалка и выжига.

Анна кивнула.

Принцип она поняла. Купец купцу рознь, честно говоря. Есть те, кого и торам у себя принять не зазорно. А есть… из грязи в князи! Это бывает. Гадкие существа, но часто встречающиеся. Мать Олеси относится ко второму типу. Что ж, случается.

— Договориться с ней реально?

— Нет. Ничему плохому про любимую доченьку она не поверит.

— А Киру обольют грязью с ног до головы, верно?

— Совершенно точно.

— Такие дамы… весьма активны. И сильно пахнут, — вежливо выразилась Анна.

— Вот именно. Очень сильно… скунсы завидуют.

— Боря, скажи мне, тот полицейский, который… с которым ты разобрался. Или кто-то другой… нам нужен профессионал, который будет не особо разборчив в средствах.

— Для чего? — подозрительно уточнил Борис.

Анна коварно улыбнулась. Обошла стол, уселась на колени к мужчине, и шепотом поведала ему о своем плане.