— Ой, да кого мы там закидали… Они все равно из домика не вылазили…

— А помнишь, я с тарзанки в реку прыгал и руку сломал? А когда ты пришла меня навестить, то принесла апельсины… Ты помнишь? Помнишь?

— Точно, — хохотала Дуся. — Я же не знала, что у тебя на них аллергия!

— Да я и сам не знал, — следом хохотал Юра. — Вот у меня тогда лицо разбарабанило, мать родная не узнала! Да что там не узнала, у нее чуть инфаркт не случился: за день — два происшествия.

— А помнишь, когда мы в Дом культуры на дискотеку пошли и ты меня на медленный танец пригласил?

— Угу… А потом вся улица нас дразнила «Жених и невеста, тили-тили-тесто»…

— А когда мы тайно к Тереховым во двор пробрались, чтобы в колодец монетки кинуть и желание загадать, помнишь? У них же одних колодец во дворе был… Я тогда так волновалась, и не подвела же меня интуиция… Чуть по шее не огребли с тобой! Долго дядя Петя за нами бежал и грозился милицию вызвать.

Дуся залилась хохотом, ее щеки болели от бесконечного смеха, а воспоминания все множились и множились.

— Но во второй-то раз все получилось, — довольно продолжал Юра. — И дядя Петя нас не поймал, не заметил.

— Да-а, — протянула Дуся уже спокойнее и сникла. — К ним тогда внуки приехали, Настя и Артем…

Юра сжал губы, понимая, что Дуся не смолчит и скажет вслух даже о неприятных моментах, и поэтому продолжил сам:

— И я сказал тебе, что Настя мне понравилась. Вспоминаю и думаю: вот дураком-то был, и чего я в ней выискал? Хорошо, что ты мне тогда по башке звезданула от обиды — всю дурь выбила. Правда, потом ты со мной так и не разговаривала…

— Я плохо это помню, — с грустью произнесла Дуся, опустив голову.

— Еще бы! — с задором пробасил Юра. — Если б я тебе так по затылку отвесил, ты бы навсегда запомнила!

Они снова рассмеялись, и Юра придвинулся к ней ближе. Он снял с себя ветровку и накинул Дусе на плечи.

— Замерзла?

— Немного, — соврала она, кутаясь в его безразмерную куртку.

Юра обнял ее за плечи. Дуся напряглась от волнения: ей нравились его внимание и забота, но в то же время ей хотелось протестовать, показать, что она все еще обижена на него — правда, уже не понимает за что.

— Наверное, надо идти по домам, раз ты замерзла. — Юра потер ее плечи, пытаясь согреть сильнее, и встал, чтобы залить еле тлеющие угли водой и прибрать место их отдыха.

Дусе не хотелось уходить.

— Давно ты женат? — неожиданно спросила она, когда Юра наклонился и цепочка с кольцом снова закачалась в воздухе.

— Я не женат, — хмуро ответил он.

— А как же кольцо? — не унималась Дуся, ощутив облегчение от его слов.