— Ну хоть связь здесь есть.

Интернет работал бесперебойно, и она едва подавила желание заглянуть в рабочую почту. Перед глазами, словно титры в фильме, тут же побежали списки рабочих задач. Господи, они словно были вшиты в ее сознание! Бесконечный список давно осточертевших дел, которые никак не можешь бросить. Ведь если не они, то что? Что останется в ее жизни? Маленькая комнатка с годовым запасом мороженого в холодильнике? Список сериалов, которые она никогда не посмотрит? Или стопка книг, до которых никак не доходят руки? Быть может, только фотография с последнего семейного отпуска на море, который был сколько — лет пять назад? — а она все продолжает вспоминать его как что-то невероятное. И каждый Новый год они с родителями заводят все один и тот же разговор: надо бы повторить, съездить еще куда-нибудь, да все никак не соберутся. Работа, может, и не волк, но в пасти держит крепко. Не будь у нее командировок, так вообще бы света белого не видела. А так хоть какое-то разнообразие. Правда, в деревню эту ее никто не посылал, сама поехала в свой заслуженный выходной, раз уж оказалась поблизости. Сами собой всплыли воспоминания о бабушке, ее доме, местных ребятах из детства — и вдруг потянуло…

С улицы донеслись протяжное мычание и заливистый лай собак, но потом снова все стихло и задремало, пока солнце не покатилось к горизонту.

Аня и не заметила, как наступил вечер. За это время успела натаскать воды из колодца во дворе, вычистила одну из комнат, где решила остаться ночевать, поболтала с соседками, напоившими ее чаем с малиновым вареньем. Тело изнывало от усталости и жары, но это было даже приятно. Давненько она не бывала в деревне, с самого детства, даже воспоминания уже запылились, прямо как этот дом.

Когда по небу уже растекался медово-алый закат, она сидела на чисто вымытом полу, разбирая старые игрушки. Все двери и окна были распахнуты настежь, и в комнаты заплывали запахи теплой земли, тины от близкой речки и чьей-то затопленной бани. Ветерок был теплым, ласковым, таким приятным после жгучей жары.

— Я-то думала, всё тогда выкинули, а вы еще здесь, — бормотала она вслух, разглядывая поломанные игрушки. Дом скрипнул, словно отвечая. — О, деревянная кроватка, — она улыбнулась, разглядывая ее со всех сторон. — Дедушка сам смастерил. О, тут еще и шкафчик есть, надо же. Я про него совсем забыла. Эй, дом, ты для меня тут все припрятал?

Дом не ответил.

— Соседки говорят, ты совсем не жилец, сносить, да и все дела, — у нее на этих словах дрогнул голос, — но я не согласна. Тебя подлатать да помыть — и всё. Ты у нас еще поживешь.