Только вот как раз с ценой всё было не очень понятно. Золото? Братству на него плевать, ведь они получают баснословные суммы за добытые шкуры и алхимические ингредиенты, но не задумываясь их тратят, так как их закрома уже даже слишком полны солнечного металла. Из-за этой ситуации им глупо предлагать те же вещи, которые они берут в Смертолесье, потому что те не имеют для них особой ценности. Предложить землю и титулы? От второго должен отказаться каждый вступивший в Братство, а первое им просто не надо. Их земля — это магический лес. Надавить силой? В лучшем случае они уйдут под сень деревьев, откуда появились. Там вообще в связях с южными соседями, видимо, заинтересована только молодёжь, а старики всю жизнь прожили без них, и всё их устраивало. В худшем… Об этом Хэган думать не желал, потому что воображение нарисовало ему и вторжение демонических зверей в пределы королевства, и тот простой вариант, что оскорблённые охотники откочуют на запад или восток, вступив в контакт с соседями Тибцэна. И неизвестно, до чего договорятся. Уж лучше волшебное зверьё, которое проредит северную марку. Оставались знания, но идея отдавать их настолько ненадёжным партнёрам претила члену королевского дома и выглядела откровенно безумной.

Обобщив полученную от князя информацию, Хэган отписал деду и вскоре получил со стрижом письмо, предписывающее ему оставить большую часть свиты при дворе князя Фэгана, взяв с собой лишь самых надёжных, и отправляться в северную марку, не дожидаясь нового посла. Прежде мелкие дворяне и их возня интересовали столицу куда меньше ссоры двух князей, но теперь патриарх изменил своё решение. В Фэллиану направлялся новый представитель семьи, а он должен был выяснить, что всё-таки творится в дальней провинции.

Со слов удельного князя, выходило, что в северной марке собирается исполчение, которое не пожелало сидеть в номинальной столице региона, а уже переместилось в Шэлтэ. То есть на границу с владениями дома Мрэмо. Предводительствует воинами как раз тот молодой брат-охотник, но на временной основе. На это Хэгал мог только мысленно хмыкнуть, так как знал, что нет ничего столь постоянного, как временное. Можно много рассуждать о том, что официально члены братства не имеют ни земель, ни титулов, но подобные вещи редко кому-то мешают удерживать в руках нити контроля после того, как те уже надёжно взяты. Одно время всем Тибцэном фактически правил третий советник короля, даже не меняя своей должности хотя бы на первого. Случай в истории курьёзный, но вполне реальный. Также Ромул убил в поединке хранителя знаний, который давно и прочно стоял на девятой ступени. Имеет ли он тот же уровень сил или применил некую хитрость, не слишком важно, а интересен тут сам факт. После такого любой из дворян дважды подумает, прежде чем с ним спорить. А потому можно смело считать, что северная марка уже попала под влияние Братства, и если победа над князем Мрэмо будет достигнута, то положение вещей только закрепится. За победу же можно выдать очень многое, даже выплату виры семьям погибших дворян. А к тому пока всё шло. Мрэмо отрицал свою причастность, Фэгал не желал большой войны, в столице скорее склонялись ко второму князю, но тоже без фанатизма. Политическая ситуация была неустойчивой, и никто особо не желал резких изменений в курсе государственного корабля. Так что всем было проще признать, что покойный племянник князя обезумел вместе с местечковым хранителем знаний северной королевской академии, и повесить выплату виры на родственника безумца, а потом замять дело. Только вот это могло возвести на севере чуть ли не новый великий дом. Провинция, конечно, самая захолустная, но такие веяния тоже были не к добру.