Однако буквально на подходе к ещё не пришедшему в себя леопарду стало ясно, кто мешает закрыть дверь с обратной стороны. В портал пролезли передние лапы и отвратительная паучья харя, одна из конечностей которой тут же пробила плечо кота и потащила его к себе, а арахнид полыхнул отвратительным предвкушением мыслеобразов размножения. Они так шибанули мне по мозгам, что я ударил по гибкому стыку паучьей лапы прежде, чем успел о чём-либо подумать. На*уй таких дружелюбных, млять, соседей!

Как известно, даже если малую массу помножить на большую скорость, можно получить весьма приличный импульс. И уж с чем-с чем, а именно со скорость у меня всё всегда было в порядке. Да и уроки Арэмса о том, как правильно ударить в движении, не прошли даром. Меч, разогнанный изо всех сил, столкнулся с препятствием и едва не отсушил мне руки, но паучью лапу всё-таки перерубил, заставив членистоногое зашипеть, а леопарда зарычать. Так себе удовольствие, когда воткнутый в тебя здоровенный коготь резко дёргается. Я же проскочил мимо и постарался разжать стихиальные линии, чтобы закрыть проход. С тыла он, кстати, смотрелся довольно странно: ровный «срез» паука, растворяющийся в дымке. Но, похоже, портал был в шатком равновесии между стремящимся захлопнуть его котом и стремящимся удержать его пауком, так что моя гирька, брошенная на нужную чашу весов, решила дело, отжав воздушную дугу.

Марево исчезло, силовые линии разошлись, а вот кусок паука остался вместе с тремя целыми лапами и одной обрубленной. Шипение твари приобрело визгливую ноту, которую можно сравнить со звуком, который появляется, когда железом водят по стеклу. В общем, было неприятно. Пятнистый кошак, судя по всему, был со мной солидарен, по крайней мере, он собрался с силами и кинулся на беснующегося визгуна. Тот, даже лишившись большей части тела, сдаваться без боя не хотел и начал наносить раны леопарду тремя целыми лапами, на концах которых были внушительные когти. Однако пятнистый-таки победил, оторвав их от арахнида одну за другой, а потом разодрал головогрудь противника буквально в фарш.

Дальше возникла неловкая ситуация. Зверь, пошатнувшись, повернул к нам, обведя стаю взглядом. Мы посмотрели на него в ответ, окружив. Будь кошак в форме, мы бы были ему на один зуб. Но хвостатый оказался изранен и возможно отравлен, а вот наша стая здорова, так что всё было отнюдь не однозначно. Наконец леопард прислал мыслеобраз, который можно было трактовать примерно как «ну, кто первый?» Бравады в нём ещё хватало.

Серый оскалил клыки и передал ответное послание, примерно означавшее, что израненную добычу не много чести взять. Леопард рыкнул на это, что не очень-то верит в волчье благородство. Вожак отозвался, что ему глубоко насрать, во что там кот верит, но с юга земля, которую только занимает его молодой сородич после нашего шага на север, на востоке дракон, на северо-востоке живут пауки, а на самом севере медведь, так что кошак может смело канать в любую сторону, пока мы добрые. Но вот если продолжит сношать нам тут мозг, то сам всё-таки станет добычей. Пятнистый поинтересовался, что ж на запад канать не предлагают или на юго-восток. Серый ответил, что с одной стороны живёт союзная гидра, а с другой дружественный тигр. Конечно, тоже кошак, но это свой кошак. Леопард подумал несколько секунд, переваривая мыслеобразы, сотканные из воспоминаний стаи, а потом рыкнул и пошагал в сторону пауков. Похоже, смелось и мстительность были ему не чужды, что нельзя не похвалить. Я проводил его взглядом, выдохнул и понял, что волнуюсь за бедолагу.