А вот римляне неплохо придумывали назначать себе пожизненных диктаторов в сложных ситуациях. Насколько я помню, Гая Юлия Цезаря в сенате как раз потому зарезали, что он из такого решил стать императором. Любая форма власти, конечно, будет иметь свои минусы, но это казалось мне самой рабочей в имеющихся условиях. Да и, в конце концов, я назвался Ромулом, сама судьба подталкивает меня к тому, чтобы хоть немного построить Рим. Только без содомии и оргий.
Оглядываясь назад, на земную историю, я довольно часто сравнивал её с той, что видел в свитках здесь, и вынужден был признать, что люди везде одинаковы. Нет, отличий, конечно, масса, одна магия чего стоит. Но всё-таки человек из-за неё не становится кракозяброй с Альфа-Центавры, и его ведёт всё та же логика. Тем более волшебство фундаментально не меняло общество или исторические тенденции, и средневековье при его наличии не превращалось в индустриальную или постиндустриальную эпоху с их длинными цепочками поставок и транспортными линиями, объединяющими весь мир. Не идеально, конечно, объединяющими, чего уж там, но феоды с натуральным хозяйством, где промышленность представлена кузнецом да плотником с каменотёсом, это другое. Тут отдельно взятый дворянин может спокойно продолжить жить со всеми воинами и смердами даже если остальной мир вдруг вымрет. Земля же была куда более единой и функционировала куда сложнее, контейнеровоз вон в Суэцком канале застрял, перекрыв его, и экономисты всего мира схватились за сердце из-за нарушения тех самых цепочек поставок.
Мои мысли прервало изменение в изнанке мира, наполненного силовыми линиями. Я ещё не понял, что именно изменилось на периферии второго зрения, но остановился и напрягся, оскалив зубы и взяв в руки меч. Смертолесье — опасное место. Если тебе кажется, что что-то не так и откуда-то веет опасностью, то тебе ни черта не кажется. Замри и приготовься либо драться, либо бежать. Братья и сестра, разумеется, сразу заметили и мою настороженность, и некую неправильность в окружающем мире. Мы свободно встали в круг, осматривая лес и пытаясь разглядеть неведомую опасность. Все почувствовали, что в тонком мире что-то происходит, но пока не могли с уверенностью сказать, что именно. Кажется, никто из нас такого прежде не видел. А это было как раз сигналом, что дело дрянь, если ты ни разу не встречался с каким-то типом опасности, то ты для неё особенно уязвим.
Вдруг силовые линии всех четырёх стихий метрах в пятидесяти от нас соединились в одну точку, образовав марево портала, и из него буквально вывалился леопард размером с тура. Зверь был серьёзно ранен и, очевидно, от кого-то спасался. По крайней мере, первым его поползновением было закрыть проход за собой, но что-то помешало тому схлопнуться. Я же в этот момент мало рассуждал, несясь на врага. У нас с кошками давняя вражда, и если этот бугай сейчас придёт в себя, то будет кисло. Был тут недавно в окрестностях тигр схожих габаритов, тоже пришёл нецелым, но дракона всё равно порвал аки тузик тряпку.