Я обмотал бедро Вира широкой полосой ткани выше раны и завязал её. Силан тут же сунул мне обломок ветки. Пришлось просунуть его под ткань и начать закручивать, затягивая её всё сильнее.
Вир заорал и попытался вырваться. Марон удерживал его за руки, пока тот обещал разнести мне голову, едва только встанет. С каждым поворотом палки ткань всё глубже впивалась в ногу, но кровь наконец перестала течь. Тогда я закрепил палку, чтобы жгут не раскрутился. Затем забрал у Силана флягу, облил водой кожу вокруг раны, немного промыл саму рану и обмотал её плотной чистой тканью. Теперь оставалось придумать, как вытащить Вира отсюда.
— Выживешь, — уверенно сказал я. — Дойдём до лагеря, там отдадим тебя лекарю, рану прижгут, и будешь как новенький.
Я заметил, что, пока сосредоточенно занимался перевязкой, голова у меня не болела. Значит, если не думать о том, что находится в моей голове, можно вполне сносно существовать.
— Собери всех людей, — сказал я Марону. — Нужно бросать обоз и уходить.
— Да некого собирать, — ответил он. — Все здесь.
Вокруг меня стояло восемь человек, не считая Вира, который сидел у колеса. Двое из них были легко ранены. Одному досталось в руку, но это была царапина, а второй в атаке стоял между мной и Мароном, прикрывая меня, пока не получил по лицу. У других телег оставались только убитые северяне и обозники.
— Нам нельзя бросать телеги, — сказал один из них. — Это очень важный груз, я слышал от опциона.
— Чем он важен? — резко ответил Силан. — Тряпьём да непонятным говном, которое везли легату?
— Ты что-то знаешь про груз? — спросил я у него.
— Да ничего я не знаю, слышал только, как центурион говорил, что легат лично следит за доставкой. А когда грузили, я же видел сплошное барахло да два непонятных глиняных кувшина, один из которых ты, между прочим, разбил.
— Вы хотите здесь подохнуть, охраняя это тряпьё? — спросил я обозников. — Я лично не хочу. Нужно идти к нашим и сообщить про нападение.
В обозе было пять телег, запряжённых волами. Но во время атаки Фирм и его люди увели две телеги за поворот. Дорогу закрывал лес, и мы не знали, что там случилось. Один из волов был убит стрелой в начале схватки, другой лежал возле повозки с копьём в боку. От третьего осталась только упряжь.
— А где третий вол?
— Сбежал, когда разрубили упряжь.
Других волов у наших телег я не видел.
— Понятно, — сказал я и задумался. — Так, Вир у нас единственный, кто не может ходить. Мне нужны двое, которые будут его тащить.
Я показал на Тита и одного из обозников.
— Найдите жердь, которой груз прижимали. Она должна подойти. И верёвку захватите. Сделаем так, чтобы двое могли нести раненого. Нам ещё далеко идти, и по дороге будем меняться двойками.