Вместе с нами отступали и четверо измотанных бывших пленников из павшего Рудного, ломясь сквозь кусты в сторону нашего лагеря. А следом за нами, крича и радостно улюлюкая, бежали северяне.
Глава 4
— Шевелите ногами, мать вашу! — задыхаясь, рявкнул Силан на двух городских, которые тащили между собой хромого товарища. — Ещё немного осталось, там за грядой наши будут.
Я нагнал Криспа. Узкая тропа шла вдоль самого ручья, петляя между валунами и гнилым валежником. Люций перед смертью говорил, что она выведет нас прямо к укреплениям, и сейчас оставалось лишь молиться всем богам, чтобы обозник действительно ничего не напутал. Другую дорогу нам искать было просто некогда в этой непроходимой чаще.
— Дальше, дальше! — скомандовал я. — Марон, Веттий, держитесь передо мной в хвосте, мы прикроем щитами.
На очередном крутом подъёме один из носильщиков подскользнулся и рухнул на колено, едва не выронив своего товарища.
— Дай его сюда! — Силан на ходу закинул щит за спину, перехватил раненого и закинул его руку себе на плечо. — А ты вперёд и не путайся под ногами.
На наше счастье лес не только мешал нам, но и задерживал врагов. Поэтому они вытянулись по тропе такой же длинной кишкой, как и мы. Я чувствовал, что бежать уже не могу. Мокрая туника под кольчугой прилипла к спине, а лёгкие жгло так, будто я наглотался раскалённых углей. Больше всего хотелось упасть под ближайшую ель и сделаться невидимым. Но я прекрасно понимал, что стоит задержаться хоть на минуту, и догоняющая свора убьёт нас прежде, чем мы скажем слово «мама».
И наконец впереди сквозь ельник проступили серые, замшелые валуны знакомой каменной гряды. Тропа резко вильнула вдоль скального выступа, и деревья начали расступаться, а перед нами открылась широкая полоса лесной вырубки.
На той стороне за глубоким рвом и перекинутым через него деревянным мостом поднимался потемневший от дождей частокол Верхнего поста. Восемь дозорных вышек, закрытые ворота и знакомые двускатные крыши бараков за брёвнами. Сколько раз за эти три года я проклинал эту дыру и мечтал выбраться отсюда в нормальный город, просто не сосчитать. А вот сейчас смотрел на этот укреплённый лагерь как на свой родной дом.
Оставалось пробежать ещё метров двести по открытой полосе, усеянной короткими пнями. Тут я сообразил, что часовые на вышках могут с перепугу принять нас не за пленных и обозников, а за передовой отряд северян, сдуру решивших атаковать лагерь, и уложат нас тут же своими стрелами.
— Парни, скидывайте варварское оружие на землю, оно нам больше не нужно, и щиты северян бросайте подальше! — крикнул я. — Живо, чтоб на стене видели, что свои бегут!