Ударьте по сердечку лайка и черканите пару слов в комментариях — алгоритмы сайта понимают только силу активности. А чтобы воевать было веселее, объявляем награду. Каждые 1000 лайков и 1000 комментов открывают бонусную главу сверх графика. К бою, легионеры, не подведите десяток Верона! Девятый в бой!
Глава 5
Настроение, немного улучшившееся, когда мы вернулись в лагерь, постепенно сходило на нет, и я теперь угрюмо взирал на весь ощетинившийся против меня мир. Как назло, с неба снова пошёл мелкий противный дождь, никак не добавляя красок в то, что творилось вокруг. И мой друг, словно понимая, что нас ведут не на самое приятное дело, тоже мрачно шёл рядом, периодически неприятно шаркая калигами по грязи.
Возле лазаретного навеса центурион на ходу прихватил с собой и сидящего здесь Криспа. Тот, в отличие от нас, своего места в бараках не имел и остался со своими парнями дожидаться решения здесь. Городской выглядел серым от усталости, под глазами залегли чёрные тени, но на ногах он держался довольно твёрдо. Да и мы с Мароном, я думаю, выглядели не лучше.
— Центурион, а нам с парнями мечи со склада выдадут? — спросил он. — Если эти твари к вам сунутся, я не хочу с голыми руками у палаток стоять.
— На валу и без вас тесно, — отрезал Серран, не оборачиваясь. — Сначала расскажешь легату, как вы умудрились просрать целый город, а потом уже решать будут, меч тебе со склада выдадут или мечом этим голову снесут.
Наш командир всегда высказывался достаточно резко. И это ударило по парням, которые оставались сидеть и дожидаться своей очереди в лазарете. Тем более что Серран приказал двум легионерам охранять их, чтобы они не убежали. А куда тут сбежишь? С раненой ногой? Да и покинуть укрепление легиона сейчас всё равно верная смерть. Северяне, сидящие в лесу, так и ждут, пока кто-то высунется наружу.
Но я считал, что парни ни в чём не виноваты. Спрашивать надо было с командиров и тех, кто следил за порядком в городе, а что могли сделать простые рядовые бойцы, разве что умереть в бою? Марон, видимо, был со мной согласен, потому что косился на идущего рядом Криспа с угрюмым сочувствием. Затем толкнул меня локтем в здоровый бок.
— Слышь, Верон, а ведь старик на нас всех собак за обоз повесит. Да и нам до трибунала дойти не дадут. Забьют палками за кампанию с городскими.
— Помолчи пока, — вполголоса ответил я, стараясь не привлекать внимания центуриона. — Говорить буду я. Твоё дело молчать и кивать, когда скажут. Понял меня?
— Обижаешь, понял.
В претории было тесно. Помимо самого легата Марка Катула, который стоял во главе огромного дубового стола, оперев тяжёлые кулаки на столешницу, тут теснились оба военных трибуна и старшие центурионы когорт.