Как по заказу снова раздался стук в дверь. Стук чуть тише обычного, в служебную дверь, которой редко пользовались. Нари поначалу пыталась не обращать внимания, но чем дольше продолжался стук, неуемный, как течь из трубы, тем больше она начинала бушевать внутри. Наконец она отбросила одеяло, соскочила с кровати, топая, подошла к двери и рывком распахнула ее.

– Ну что еще, Низрин? – бросила она.

Но на пороге стояла не Низрин. Это был Джамшид э-Прамух, и он был до смерти перепуган.

Он ввалился без приглашения, согбенный под весом огромного мешка, переброшенного через плечо.

– Прости меня, бану Нахида, но у меня не было выбора. Он просил, чтобы я принес его прямо к тебе.

Он положил мешок на ее кровать и щелкнул пальцами. Огоньки повспыхивали между ними и осветили комнату.

На кровати лежал не мешок.

Это был Ализейд аль-Кахтани.

Нари тут же бросилась к Али. Принц был без сознания и весь в крови. Бледный пепел покрывал его кожу.

– Что случилось? – воскликнула она.

– Его ударили ножом. – Джамшид протянул ей длинный, темный от крови кинжал. – Я нашел это. Ты сможешь его исцелить?

Ее обуял страх.

– Неси его в лазарет. Я позову Низрин.

Джамшид перегородил ей дорогу.

– Он сказал обратиться только к тебе.

Нари была в шоке.

– Какая разница, что он сказал! Я еще ничего не умею. Я не стану лечить королевского сына одна в своей спальне!

– Хотя бы попытайся. Он решительно настаивал, бану Нахида, и… – Джамшид бросил взгляд на беспамятного принца и понизил голос. – В Дэвабаде, если Кахтани отдает приказ… ты его исполняешь.

Они незаметно перешли на дивастийский, и от зловещих слов на ее родном наречии у нее кровь стыла в жилах.

Нари взяла окровавленный нож и поднесла его к лицу. Он был железным, но запах ничем не намекал на яд. Она коснулась лезвия. Металл не заискрился, не вспыхнул как костер – ничто не указывало ни на какие хитроумные волшебные напасти.

– Ты, случайно, не знаешь, он проклят?

Джамшид покачал головой.

– Сомневаюсь. На него напал шафит.

Шафит? Нари подавила в себе любопытство, всецело фокусируясь на Али.Если это обычная травма, то какая разница, джинн он или нет? Ты уже лечила такие раны.

Она склонилась над Али.

– Помоги мне снять с него рубашку. Мне нужно его осмотреть.

Туника Али была изодрана в клочья, и порвать ткань не составило труда. Нари насчитала три рваные раны, среди которых одна проходила насквозь до самой спины. Она положила ладони на самую глубокую рану и закрыла глаза. Она вспомнила, как делала то же самое, пытаясь спасти Дару: желая ему поправиться и представляя его кожу целой и невредимой.