– Бану Нахида, это не пристало…
Нари даже не смотрела в сторону помощницы, не сводя глаз с одного Дары.
– Уйди!
Низрин вздохнула и собралась уходить, но сначала Дара взял ее за руку.
– Спасибо, – сказал он с такой искренностью, что Низрин даже покраснела. – Я могу жить с легким сердцем, зная, что именно ты служишь моей бану Нахиде.
– Это честь для меня, – ответила Низрин с несвойственной ей робостью.
Нари понимала ее как никто – она сама часто испытывала подобное в присутствии Дары.
Но сейчас она испытывала кое-что совершенно другое. И она знала, что Дара это чувствует. Как только Низрин вышла, бравада сползла с его лица.
Он слабо улыбнулся ей.
– Быстро ты привыкла командовать окружающими.
Нари подошла к нему, обходя осколки разбитого стола.
– Ты совсем выжил из ума? – спросила она и потянулась к его руке.
Он сделал шаг назад.
– Могу задать тебе тот же вопрос. Ализейд аль-Кахтани? Серьезно, Нари? Подружилась бы уже сразу с ифритом.
– Он не мой друг, дурак, – сказала она и снова потянулась к его руке. – Он мишень. Которую я вполне неплохо раскручивала, пока не явился ты и не сломал ему руку… Кончай вертеться!
Дара вытянул руку у нее над головой.
– Я правда сломал ему руку? – спросил он с озорной ухмылкой. – Так и думал. Его кости издали этот волшебный звук… – Он стряхнул с себя мечтательное выражение и перевел взгляд на нее. – Аон знает, что он мишень?
Нари вспомнила замечание Али про взлом замка.
– Возможно, – призналась она. – Он не такой идиот, как можно было надеяться.
Она не осмелилась добавить, что их «дружба» началась тогда, когда она узнала, что Али читает книги про Дару. Она догадывалась, как он воспримет такие новости.
– Ты ведь знаешь, что он тоже тебя использует? – спросил Дара слегка настороженно. – Ему нельзя доверять. Держу пари, каждое его слово – ложь, нацеленная на то, чтобы переманить тебя на их сторону.
– Да ла-адно, неужели у моегопотомственного врага могут быть корыстные мотивы? Но я рассказала ему все свои самые страшные тайны, что же мне теперь де-елать? – Нари театрально прижала ладонь к груди, изображая ужас, и прищурилась. – Ты что, забыл, с кем имеешь дело, Дара? Я как-нибудь сама разберусь с Али.
–Али? – скривился он. – Ты на такой короткой ноге с этим пескоплавом, что уже сокращаешь его имя?
– Твое имя я же сокращаю.
Даже если бы она очень захотела, то не смогла бы скопировать выражение лица Дары, так его перекосило от праведной обиды и бешенства.
– Погоди… – Губы Нари расползлись в улыбке. – Ты что,ревнуешь?
Когда его щеки зарумянились, она рассмеялась и на радостях хлопнула в ладоши.